Книга Наглый. (не)верный. Истинный, страница 138 – Эль Вайра

— Брам, просто обещай, что не отдашь мне Грани. Я потом всё объясню.

— Ладно.

Как только я беру шкатулку, в комнате резко распахивается окно. Ветер врывается внутрь, створки бьются о каменные стены. Я отступаю на шаг и слышу рядом изумлённый вздох Мадлен.

Доментиан начинает меняться молча, хотя о таком неплохо бы предупреждать. Его кожа становится мертвенно-бледной, руки и ноги вытягиваются, а тело увеличивается в размерах, покрываясь буграми мышц. Он словно выворачивается наизнанку и перекраивает себя заново. Из спины вырываются кожистые крылья, длинный хвост завершает картину.

— Обалдеть…

Я ещё никогда не видел демонов во второй ипостаси. И даже представить не мог, что это такая мощь! Мне почему-то казалось, у них всего-то вырастают рога и крылья, а в целом всё остаётся как прежде. Но Доментиан не похож на себя. Из знакомого в нём — лишь зловещее сияние глаз, которое уже появлялось, когда я чуть не разбил Грани.

Мадлен в испуге хватается за моё плечо. Демон выпрыгивает в окно, расправляет крылья и скрывается из виду. Ошеломлённые, мы молчим примерно полминуты, потом я трясу головой и подхожу закрыть окно — не хватало ещё, чтобы моя красавица стояла на сквозняке.

— Н-наверное… они поэтому так редко выходят из Хаоса, — бормочет она испуганно. — Не хотят пугать остальных?

Я жму плечами.

— Если так, то это очень мило с их стороны.

Мадлен кивает на шкатулку.

— Тот самый артефакт?

— Угу. Но пока не вернётся Лайон, он бесполезен. Только она может его включить, однажды у неё почти получилось.

— А можно посмотреть?

— Конечно.

Я улыбаюсь и откидываю крышку, шагая навстречуМадлен. Но спотыкаюсь о бумажный шарик, оставшийся после Козетты, и резко наклоняюсь вперёд. В голове звенят слова Лайон: «В них скрыта великая сила. Разобьются — вся эта мощь высвободится, и тем, кто окажется возле, не поздоровится…»

Я пытаюсь всё исправить, но делаю только хуже.

Грани валятся из шкатулки, ударяются об пол и разлетаются на куски.

Брам бросается ко мне и кричит:

— Ложись!

Но я не успеваю лечь. Не понимаю, что происходит, но Брам за долю секунды подбегает ко мне и закрывает собой от ударной волны.

Нас отбрасывает к стене. Брам прижимает меня и держит голову, не давая приложиться затылком.

Стекло оглушительно трещит, разлетаясь во все стороны, но я не могу понять, разбились это Грани или окна. Возможно, и то, и другое. А может, ещё и зеркало.

На нас летят осколки. Откуда их столько? Артефакт не казался таким большим.

Внезапно всё стихает, и слышно только завывание ветра снаружи. Лёгкая дрожь в воздухе, едва различимая на слух, напоминает о происшествии. Как будто кто-то водит мокрым пальцем по краю бокала.

— Брам? — тихо зову я.

Он молчит, лишь усиливает хватку, сжимая меня сильнее.

— Брам, всё в порядке?

— Нет, — отвечает он мне в волосы.

Во мне всё падает. Я судорожно ощупываю его спину.

— Что случилось? Тебя задело? Надо в лазарет, быстрее…

Брам отстраняется, тяжело дыша. Я быстро всматриваюсь ему в лицо, ища признаки невыносимой боли, но ничего такого нет. Вместо этого он выглядит таким расстроенным и несчастным, что хочется скорее притянуть его обратно.

— Всё-таки разбил, — бормочет Брам. — Проклятье! Доментиан меня прикончит.

Я несколько раз моргаю.

— Но он же сам просил не отдавать артефакт! Вот и не отдашь. А остальное уже детали. И вообще, свали всё на меня…