Книга Семь лет одиночества. Принцесса Малейн, страница 46 – Эль Вайра

— Мама говорила, Дженни никогда не переживала трудные времена. — Он заглянул Малейн в глаза. — Вы сохранили ей жизнь, да?

Малейн кивнула.

— Насколько смогла.

С каждым разом слова давались ей всё легче.

Юноша огляделся и поджал губы. Выглядел он так, будто ему неловко.

— У вас, наверное, много вопросов?

— Да, достаточно.

— Мы не можем здесь оставаться, вокруг куча мародеров. Я поэтому не мог давать вам еду каждый день. — Он снова посмотрел на башню. — Там есть что-нибудь стоящее?

Малейн на задумалась. Она сотни раз планировала побег, но ни в одном из ее вариантов не было с путешествия по пустоши.

— Есть маленький нож, — сказала она. — Наша одежда и несколько чашек и мисок, которые нам спустили. И я могу захватить несколько одеял.

«И книгу», — подумала она, но не произнесла этого вслух. Также она не стала озвучивать внезапное желание открыть ящик стола и достать оттуда медальон с розой и вереском.

Нет, пусть побрякушка Роба остаётся здесь и превращается в пыль. Или порадует какого-нибудь воришку.

— Простите, что спрашиваю, — сказал юноша, поправляя руку сестры, — но не могли бы вы взять всё это, и мы пойдем? — Он снова огляделся. — Нет особого смысла здесь оставаться. Чем быстрее мы уйдем, тем скорее будем в безопасности.

Малейн открыла рот, но он кивнул, прежде чем она успела заговорить снова.

— И тогда я расскажу вам обо всём, что знаю. Обещаю.

Малейн забежала в башню, но не без страха. Она боялась, что вот-вот открытая дверь с оглушительным скрипом захлопнется. Принцесса снова услышит пронзительный скрежет металлического ключа и окажется взаперти.

Страх смешной, но до ужаса сильный. Происходящее слишком похоже на нее бесчисленные сны, где дверь сначала открывается, даря ей надежду, а потом, издеваясь, закрывается снова.

Но она не могла тратить время на подобную ерунду. Сны были снами, а всё что происходит сейчас — это реальность. Ее руки еще болели от обгоревших щепок, которые застряли в пальцах, и эта боль придавала ей сил.

И все же, достигнув вершины лестницы, Малейн осознала, что у нее в груди копошится еще один страх, и он гораздо хуже первого. Часть ее — очень глупая часть — хотела вжаться в башню. Залезть на тонкие грязные простыни, где она спала только этой ночью.

Тут безопасно. В этой чертовой башне не видно разрушенного дворца. А еще здесь можно притвориться, что ее люди не убиты или не сбежали. Ей не придется сталкиваться с реальностью, что она теперь принцесса без королевства.

Принцесса, которая уже должна стать правящей королевой, между прочим.

Эти мысли крутились в ее голове, пока она бегала по затхлым комнатам, собирая то немногочисленное, что могла унести. Она остановилась и взглянула на толстую книгу, в которой записывала свои мысли последние семь лет.

Может, ее лучше не брать? На этих страницах есть настолько темные места, что ни одно солнце, ни одна свеча не сможет их осветить. Малейн не была уверена, что готова однажды перечитать это снова. Книга была тяжелой во всех смыслах.

И тогда она оставила ее на письменном столе.

Малейн в последний раз спустилась по лестнице, держа в руках бурый мешок с вещами и остатками провизии.

— Тут немного, — сказала она, подняв сумку так, чтобы юноша мог ее увидеть.

Он кивнул, все еще держа Дженни на руках.

— Всё к лучшему, — ответил он. — До вечера останемся у меня, а потом уберемся отсюда.