Книга Семь лет одиночества. Принцесса Малейн, страница 64 – Эль Вайра

Принцесса никогда в жизни еще так не уставала. Руки ныли. Ноги ныли. Впервые в жизни у Малейн заболела поясница, да так, что однажды ей было не разогнуться.

Физическое истощение сказывалось не только на ее теле, но и на разуме. Казалось, даже самая несложная мысль в конце дня требовала неимоверных усилий.

Малейн старалась, правда. Выполняла любые поручения кухарок и Брана, но всё равно исправно продолжала проливать грязную воду и бить посуду.

— Да сколько можно?! — взревел Бран, когда Малейн разбила четвертую кружку за последние три дня. — Что мне с тобой делать, а? Где и чему тебя учили?

Персонал замер, оставив все свои дела. Кто-то захихикал. Все ждали, что будет дальше, а в животе Малейн будто упал и перевернулся камень. Пристыженная, она опустила голову и начала собирать осколки того, что только что уронила, но Бран остановил ее, схватив за запястье.

— Я задал тебе вопрос, и ты… — он осекся на полуслове.

С хмурым удивлением Бран уставился на ее пальцы. Затем поднес к лицу вторую ее руку.

— Выглядят так, будто ты в своей жизни ни дня не проработала. Еще раз спрашиваю — где и чему тебя учили?

— Я… я обучалась на горничную.

Бран отпихнул ее руки. Вздохнул и устало потер глаза.

— Простите, — тихо сказала Малейн. — Мне простонужна работа.

— Убери здесь всё, — отмахнулся он. — Я спрошу, нет ли мест в верхней части дворца, чтобы ты навсегда покинула мои кухни. Пока работай, но если еще хоть что-нибудь расколошматишь, вылетишь мгновенно, поняла?

Малейн кивнула, не в силах сдержать радостную улыбку. Если ей найдут место горничной, встретиться с Робом будет гораздо проще. Да и сама работа подойдет ей куда больше. Она умела вышивать и точно знала, как должны быть сервированы столы и что в каком порядке следует подавать. И как полы натирают воском она тоже видела не раз.

Оставалось только молиться Создателю, чтобы ее отправили наверх поскорее, но Создатель не услышал ее молитв ни через неделю, ни через две. Медленно и мучительно Малейн осваивала обязанности посудомойки.

Постепенно ошибок стало меньше, а ее ладони начали покрываться трещинами и мозолями. Персонал вскоре перестал наблюдать за ней в надежде засвидетельствовать ее новую оплошность.

А еще, впервые за много лет, она перестала чувствовать себя голодной.

Но покоя в ее душе не прибавилось. Каждую ночь Малейн напоминала себе, зачем она здесь. Терпит всё это только для того, чтобы поговорить с Робом. Однако времени на то, чтобы прокрасться в замок и найти принца у нее просто не было. И, поскольку она была новенькой, за ней следили старшие кухарки.

Она подумала, что могла бы отправиться на поиски Роба ночью. Он, несомненно, был в своей спальне в самые поздние часы. В спальне, которую она могла бы делить с ним сейчас. Эта мысль оживила ее сердце и наполнила душу горечью.

Да, Малейн могла бы быть там. Если бы ее дядя не сошел с ума. Если бы Роб сдержал обещание. Если бы, если бы, одни «если бы» — вот и всё, что осталось в ее жизни.

Тем не менее, все было не так уж плохо. Через месяц Малейн больше не выглядела, как восставший из могилы скелет. Кормили персонал неплохо, по три раза в день. И ей выделили койку в одной из нижних комнат, так что она смогла наконец выехать из дома семьи Тейт и больше не быть для них обузой.