Книга Семь лет одиночества. Принцесса Малейн, страница 61 – Эль Вайра

— А еще говорят, у него тяжелый характер, — добавила ее сестра.

У Роба? Малейн чуть было не рассмеялась и не сказала, что это невозможно, но вспомнила ледяные глаза, которые видела на площади, и решила не протестовать.

— Это правда, — кивнула Нэн. — Я видела его один раз, когда он спустился на кухни, чтобы что-то проверить и это было… — она поморщилась. — Ужасно. Хотелось прикинуться веником, лишь бы он на тебя не смотрел.

— Но я должна попытаться, — прошептала Малейн.

Она действительно не видела другого выхода.

Нэн вздохнула и кивнула.

— Ну да. Попытаться, наверное, стоит. Вам только надо помыться, причесаться. Воду возьмете в колодце, я утром выделю вам ведро. Может вы тогда, ну… почувствуете себя собой.

Малейн была уверена, что Нэн хотела сказать: «Станете похожей на себя».

— Я вам дам одно из своих платьев, — сказала тетя Джима. — Не то, к чему вы привыкли, конечно, но намного лучше, чем ваша дорожная одежда. Надо только слегка подправить длину.

Малейн сделала все возможное, чтобы выглядеть благодарной. Ей оказывали гораздо больше доброты, чем она заслуживала после всего, что эта семья натерпелась из-за нее.

*

Спала Малейн плохо, и ей снились тревожные, путанные сны. Что-то про башню и огонь, который ее охватывает. Проснуться ранним утром вместе со всеми оказалось не труднойзадачей. Труднее стало позже, когда она стояла с ведром в руке перед колодцем и понятия не имела, что ей делать. И с ведром, и с колодцем.

Это дело выглядело довольно простым, когда женщины перед ней набирали воду. Закрепить ведро на цель и просто опустить его вниз. Но когда подошла ее очередь, она растерялась. А как именно крепить ведро? И как именно его опускать? И когда она поймет, что воды уже достаточно, чтобы можно было поднимать?

Паника только усиливала ее ступор.

Сзади послышалось ворчание и недовольное цоканье.

— Давай уже!

— Ты головой ударилась?

— Что за идиотка…

Малейн хотелось прыгнуть в этот несчастный колодец самой, чтобы разом закончить все свои мучения.

К ней подошла тетя Джима.

— Вот так.

Она указала на маленький крючок на одном из звеньев цепи. Прикрепила ведро, быстро его опустила и так же быстро подняла обратно. Принцесса жалела, что не могла раствориться в воздухе. Всю обратную дорогу она просто прожигала взглядом собственные сапоги

— Простите, — пробормотала она, поднимаясь по лестнице. — Я просто… Я никогда этого раньше не делала.

— Конечно нет, — улыбнулась тетя Джима. — Позор той стране, которой нужно посылать за водой собственную принцессу. — Улыбка быстро исчезла с ее лица. — Прямо как сейчас.

Она смахнула с себя мрачные мысли и аккуратно потрепала Малейн по голове.

— Вы встали раньше, чем я ожидала.

— Не могла уснуть.

— Ну, раз так, вот тряпка. Искупайтесь, как сможете.

Пока Малейн ставила ведро в комнате, тетя Джима сбегала к себе и принесла ей темно-зеленое платье из тонкой шерсти.

— Лучшее из того, что нашла, — сказала она.

Малейн смиренно поблагодарила ее и принялась мыться. Вода была ледяной, и принцесса вся продрогла, но всё же испытала прилив несказанного счастья. Как хорошо смыть грязь! А чистые волосы — это же настоящая награда за лишения! Вот бы только перевязать их разноцветными шелковыми лентами, как это делала леди Редмэйн.

Принцесса оттолкнула воспоминания о дворце. Сейчас волосы не жирные и не спутанные, и этого достаточно.