Книга Измена. Притворись моим драконом, страница 42 – Эль Вайра

О Боги. Этого не может быть.

Эта мысль возникла из ниоткуда, я совсем ее не хотела, но уже кружит в сознании, перебивая всё остальное. Я скучала по нему.

Син выглядел таким смущенным, когда вручал набор для рисования. А потом растерянным, когда говорил о матери…

Не то чтобы я не знала, что у них не самые теплые отношения, но просто мы никогда не заостряли на этом внимания. Он всякий раз переводил тему, когда дело касалось его семьи. Разговоры о детстве ему не нравились, а я не хотела топтаться по больным мозолям.

Но нужно было настоять, сейчас это понятно. Нужно было узнать больше… Хотя, какая разница теперь, когда мы де-факто друг другу никто?

«Ложь», — проносится в голове, и я вздрагиваю. Определенно, какая-то часть меня (очень глупая часть) воскресила надежды и начала верить, будто из нашего брака могло бы получится что-то хорошее.

Но это нелепо. Особенно после того, как Син перестал ко мне прикасаться. И почему он перестал это делать? Возможно, записка задела его сильнее, чем я ожидала.

Как бы то ни было, с тех пор, как Син покинул спальню в ту ночь, между нами ничего не было. Любые попытки сблизиться с его стороны прекратились. А я просто лежала рядом, свернувшись клубочком, всё гадая, когда же он повернется. Когда поцелует в шею, заставляя меня гореть…

Но он так и не повернулся. Не стал меняцеловать. Полагаю, что это к лучшему. Ведь я так и не выпила зелье с клубничным вкусом…

Лязг дверей вырывает меня из задумчивости. Я поворачиваюсь, чтобы увидеть брата.

Джас подходит, улыбаясь и сжимая в зубах трубку, когда-то давно подаренную Синклером. Он вынимает ее изо рта и качает головой.

— Оделась бы потеплее, а то заболеешь. Любуешься зимней природой?

Я снова окидываю взглядом зимний пейзаж.

— Да. Всё выглядит таким… нетронутым. Идеальным в снегу. Как будто когда он растает, жизнь начнется заново.

Джас прищуривается, вглядываясь в мое лицо.

— А ты бы хотела? Начать всё заново?

Я отвечаю настороженным взглядом.

— Что ты имеешь в виду?

— О, ничего. Еще раз спасибо за серьги.

На этот раз я усмехаюсь.

— Тебе повезло, что я не выкинула их после твоего концерта за первым ужином.

Вспышка плутовской улыбки.

— Брось, Роми! Я не мог упустить возможности развлечься, ты же знаешь.

Ну разумеется. Джас всё детство развлекался за мной счет, и я его не нисколько не виню, потому что всё было взаимно. На самом деле, по нему я соскучилась так же сильно, как и по Сину. В этом признаться проще, и я делаю шаг, чтобы встать поближе к брату.

Он достает из кармана кремень и зажигает трубку. Затягивается и выдыхает дым.

Примерно полминуты мы молчим, а потом Джаспер спрашивает:

— Ты знаешь, что сделал Син?

Я подпрыгиваю на месте — от неожиданности и странности вопроса.

— Когда?

— В тот день. Ты знаешь, что он делал у Мелиссы?

Джас выпускает в воздух новую струйку дыма, а я задыхаюсь — от злости, обиды и еще сотни разных эмоций, среди которых нет ни одной приятной. Ну вот зачем он испортил момент?!

— Считаешь меня дурой? — грозно спрашиваю, жалея, что мы вообще начали этот разговор. — Он соврал, что летит к тебе, а сам потащился к ней. Чем еще он, по-твоему, мог занимать у бывшей любовницы?

Хочется верить, что брат не заставит меня произносить вслух. Не настолько же он жесток.

Джас смеряет меня странным взглядом и хмурится.