Книга Вампиры Дома Маронар, страница 107 – Александра Плен

Глаза горят, зубы щёлкают, ноздри трепещут, чуя запах крови. Вот они, настоящие вампиры Дома Маронар.

Джет оглядел зал взглядом «куда бы тут тихо сбежать и больше никогда не возвращаться» и сухо выдал:

– Идём.

Шла по коридору и злилась. Ну прямо триумф века, Мирочка: одолела юную хищницу. Молодость – недостаток скоропроходящий; подрастёт, и хищница станет зверюгой позлее. А вот выиграю ли я в следующем раунде – вопрос на миллион. Тем более через месяц Джет на ней женится – и вся эта игра потеряет смысл.

Зашли в мои апартаменты. Джет, как обычно, осмотрел комнату на обнаружение скрытых дефектов, то есть опасностей. Я же отошла к окну. Чувствовала себя странно. Короткий поцелуй по пьяни, драка с невестой. Зачем оно мне? Ревность? С какого перепугу, простите? Придётся выделить пару часов на глубокий анализ собственной дурости. Желательно в тишине и покое.

Ждала хлопка двери, но Джет почему-то не уходил. Некоторое время мы молча стояли – я у окна, он у двери, а потом шпион начал говорить.

– Мне нечего предложить… – помялся, – любой девушке. Я беден, у меня нет рода. Даже фамилию мне дали только после того, как я стал работать с морами. Я обычный слуга.

Странное начало. Он оправдывается передо мной? Это мненечего предложить? Или я опять, как водится, любую беседу аккуратно свожу к главной героине – себе любимой?

– А насчёт невинности… – Джет хмыкнул. – Всегда боялся, что девушка, забеременевшая от меня, окажется на кровавой ферме вместе с моим ребёнком. – «Как могла оказаться мама» осталось за скобками. – Такие случаи бывали в дома́не.

Я встрепенулась.

– Подожди, но в дома́не же есть дети. Вон, Евгения говорила о неких школах, в которых учат отпрысков слуг.

– Есть, – кивнул он. – Законные. Из тех семей, которым дали разрешение на рождение ребёнка.

– То есть, – мой голос задрожал от гнева, – эта скотина, извиняюсь, Глава Дома, ещё и выдаёт разрешение, кому рожать, а кому нет?

– Дома́н не резиновый, – мрачно ответил Джет, – он и так поглощает слишком много ресурсов. Весь Дом на него работает.

– Лучше бы Глава своих родственничков выселил, – буркнула я, скривив лицо. – А то развелось нахлебников, как тараканов в дешёвой столовке.

Джет насчёт тараканов ничего не понял, нофилософски пожал плечами. А я внутри уже клокотала, как чайник без свистка. Нет, ну надо же: этот Глава, значит, заделал ребёнка Евгении, после чего пытался выкинуть её с малышом из дома́на на ферму? Серьёзно? Двуличие уровня «зеркальный лабиринт»: куда ни повернись – везде ты, но ещё противнее. А потом спустя годы – оп! – снова явился, и второй ребёнок в подарок? Браво, аплодирую стоя.

– Ладно, невинность ты моя хрустальная, а поцелуй-то хоть понравился?

Я всегда так делаю. Если вдруг случайно окунаюсь во что-то из разряда «позор на всю оставшуюся жизнь» – ну там, икотка, рукав в супе, дырка на колготках, поцелуй не по расписанию, и ясно, что пару дней меня будет перемалывать стыд – я беру и устраиваю финал собственными руками. Позор подаю под соусом самоиронии. Да что уж там, иногда даже специально дожимаю унижение до абсурда, чтобы обесценить его окончательно. Зато после – никаких угрызений.

– Угу, – Джет отвечает так серьёзно, будто у него под подушкой шпионское удостоверение спрятано. Хотя губы предательски дёрнулись! Я видела! Значит, привык уже к моим шуточкам! И больше не считает их издевательством.