Книга Вампиры Дома Маронар, страница 137 – Александра Плен

И тут меня накрыл самый важный вопрос агрономии: чем поливать? Вода – это, конечно, мило, но этим товарищам, похоже, подавай «красненького». Попросить кровь? Людей тут – человек пятьдесят, плюс охрана; по капле с носа – и мне хватит на мини-винодельню. Только как это объяснить? «Извините, это для учебного проекта»? Про проросшие семена рассказывать пока не хотелось – слишком рано, слишком странно и слишком много вопросов.

И вот, когда я уже обдумывала план «тихонько и по капельке с добровольцев», подкатил Джет. С первого взгляда понял, что я тут не просто так вожусь с кадками.

Я обрадовалась, как человек, которому предложили нести шкаф вдвоём. Быстро выложила всю схему: показала модифицированный домик, объяснила идею, подвела под это «научное обоснование из серии “оно само выросло”».

– Ты хочешь вырастить своё Дерево? – тихо спросил Джет таким тоном, будто в углу уже сидит комиссия по этике. Страх прямо в голосе звенит. Я энергично закивала. – Но это же предательство. Идёт против клятвы. Ты ослепнешь!

– Какое ещё предательство? – почти искренне возмутилась. – Всё, что узнала в дома́не, остаётся в дома́не. А как Дерево размножается, я выяснила уже в пути. И про кровь – тоже.

Так что моё зрение пока ни при чём, пусть не нервничает.

Джет покусал губу, уставился на ряд горшочков, которые я заботливо приютила вдоль заднего борта телеги, посчиталих как куриц перед ярмаркой, что-то у себя внутри взвесил и выдал:

– Если рассчитываешь получить асиш, то знай – в дома́не его делают тайно в закрытых лабораториях.

– Ой, да брось, – фыркнула насмешливо. – В свитках ни словечка про сложность. Хозяева писали только о самом Дереве: корни, листья, ветки. И, извини, но если бы процесс получения асиша был адски хитрым, ваши зельевары без нормальных знаний биохимии его бы не повторили. Ничего личного – просто вы в этой науке дремучие, как пещерные люди.

А насчёт тайны… какая уж тут тайна, если все десять Домов делают асиш на протяжении тысячи лет.

Джет скривился и сделал вид, что не обиделся.

– Ладно, – вздохнул. – Давай я сейчас сцежу сколько смогу, ты добавишь. Можно попросить маму, Сану и Дарка. Им я доверяю больше всего. Пока по сто грамм на горшочек выйдет.

Я в уме быстро пощёлкала арифметикой… Двадцать горшков – это же два литра крови. Неплохая заявка на титул «лучший донор плантации». По четыреста грамм с носа получается. Сана и Дарк – пожилая чета, принявшая предложение Джета поменять место жительства. Кстати, бездетная: Саргон, не к ночи будет помянут, перекрыл им дорогу к потомству в своё время. Евгения считала их своими вторыми родителями. Они заботились о ней, когда её забрали из фермы.

Там вообще история с доманскими детьми – отдельный аттракцион чёрного юмора.

В дома́нах, как выяснилось, детей особо не любят. Возись с ними, нянчись, учи, корми, лечи, жди, пока вырастут до подростков и начнут приносить хоть какую-то пользу… Звучит утомительно, правда? Поэтому местные гении управления решили: «Зачем выращивать с нуля, если можно брать сразу готовых, почти созревших?»

И вот собирают они самых симпатичных, послушных и трудолюбивых двенадцати–пятнадцатилеток с кровавых ферм, как на ярмарке: «Этого берём – ловкий, эту – красивая, того – крепкий, эта – глазки умные». Так в отбор и попала Евгения – она и в двенадцать уже была «ой, какая хорошенькая!».