Книга Вампиры Дома Маронар, страница 46 – Александра Плен

Уже совсем целёхонький, вымытый и в свежем прикиде. Где он умудрился отстирать свою судьбинушку и переодеться – тайна за семью печатями. Полулежит весь такой расслабленный в кресле напротив входной двери. Тоже, видимо, устал, но бдит – боится, что исчезну. Еле отпросилась на полчасика полежать в ванной – как будто собиралась сбежать через слив. Скорее всего, и ночевать с ним придётся в одной комнате. Как бы ни на одной кровати.

На меня он, кстати, старался не смотреть. Так старательно отводил глаза, что я уж подумала, что моя простыня прокачалась до плаща-невидимки с багом– исчезла исключительно для владельца.

Ну и ладно. Какой застенчивый. Вряд ли невинный птенчик. Выглядит солидно: борода, усы, проницательность прокачана на максималках, ловкость рук, список заклинаний в голове, выученных и отточенных явно не за один день… Да и вообще, в древности-то женились едва из детства выписались. Это сейчас – к тридцати только решаются съехаться, к сорока набираются храбрости подать заявку на родительство.

Я плюхнулась спиной на матрас и раскинула руки звёздочкой.

Хорошо быть особенной, чьей-то надеждой, самым ценным сокровищем. Чувствуешь себя значимой, как последняя спичка у Корбена Далласа – без меня Вселенная не спасётся. Я вообще любила, когда меня хвалят: в школе – как образцовую отличницу, в институте – как аккуратную и ответственную зануду с цветными стикерами. В такие моменты так и хотелось, чтобы родители внезапно материализовались в первом ряду: мол, смотрите, какая я умница-разумница – вот кого вы недооценили.

Уже потом, перечитав тонну модных психологических статей, внезапно поняла: любят не за список достижений, а просто так. Вон Настю же любят – капризную и слегка пустоголовую. Ей и двойки в дневнике сходят с рук, и истерики на ровном месте – тоже.

Вот она, сила безусловной любви: ни грамоты не нужны, ни корона – главное, чтобы человек был.

И если родительской любви мне не досталось, то нужно повышать самооценку. То есть, самой себя ценить.

И вот скажите, чего я упиралась и не сдавалась по-хорошему? Пахала на ферме, кровь литрами сдавала, пряталась по закоулкам… стратег от Бога. Зато теперь меня будут носить на руках и хранить как яйцо Фаберже, завернутое в пузырчатую плёнку и два слоя молитв. Немного, конечно, тревожат проброшенные слова «тюрьма» и «минус ноги», но я оптимистка: уверена, сумею убедить Главу Дома Маронар, что сотрудничаю исключительно добровольно и вообще у меня аллергия на наручники и принуждение.

Главное – договорчик аренды правильно составить, чтобы ни один юрист не ухмыльнулся. Без сюрпризов, звёздочек, сносок, подводных камней и мелкого шрифта.

– Вот если бы Хор Аха был поотважнее, то, увидев мой «напалм», прибил бы нас на месте и даже глазом не моргнул, – начала я философски размышлять, глядя в потолок.       – Я бы на его месте поступила именно так. Так что теперь твой Дом тоже им владеет, выходит.

– Хор Аха всегда был трусом, – отозвался Джет. – Без позволения своего папаши шагу не может ступить.

Для наследника престола набор, мягко говоря, так себе. Побочный эффект железной диктатуры батяни: с одной стороны, удобно – сынок боится и слушается, с другой – собственные мозги у него в авиарежиме, он перестаёт жить своим умом, ожидая пинка в нужном направлении.