Книга Уникальная помощница для следователя-орка, страница 28 – Дита Терми

Он наклоняется ниже, его грудь почти касается моей спины, а голова оказывается рядом с моей. Его дыхание горячими волнами касается моей щеки, шеи. От этого по коже бегут мурашки, а сердце начинает колотиться с такой силой, что, кажется, его слышно во всём помещении.

– Хорошо, – шепчет он так тихо, что слышу только я. Его взглядскользит по строчкам, которые я вывела. – Очень хорошо. У тебя красивый почерк, Элли. Разборчивый. Элегантный.

Я замираю, не в силах пошевелиться. Весь мир сузился до этого прикосновения, до его дыхания на моей коже, до низкого тембра его голоса.

Он медленно поворачивает голову, и теперь его губы находятся в сантиметре от моего виска. Я чувствую, как он смотрит на меня, изучает мой профиль, мои раскрасневшиеся щёки, полуоткрытые от волнения губы.

– Знаешь, – его шёпот становится ещё тише, ещё интимнее, будто он делится величайшей тайной. – Я тут смотрю на тебя и думаю… Кажется, в тебе нет ни одного изъяна.

В его голосе будто бы проскальзывает какое-то восхищение. Я невольно поворачиваюсь к нему, пытаясь понять, что стоит за его словами. И зря… Теперь между нами становится ещё меньше пространства.

И его губы… они в сантиметре от моих.

Я чувствую, как жар заливает мои щёки. Его слова висят в воздухе, слишком громкие, слишком значимые, несмотря на то, что он произнёс их почти шёпотом, лишь для меня одной. Мне нужно что-то сказать, что-то, что вернёт нам хоть каплю профессиональной дистанции, хоть какую-то видимость деловых отношений.

Если это вообще возможно ещё…

– Ну… – мой голос звучит слабо и смущённо. – Тебе ведь нужна была уникальная помощница с даром. К чему тогда изъяны? – Я пожимаю плечами, делая вид, что это шутка, и отчаянно пытаюсь перевести дух. – Итак… что там дальше в доклад?

Я опускаю взгляд к бумаге, сосредотачиваясь на ровных строчках. Бронк выпрямляется, его широкая спина напрягается, и он коротко, низко хмыкает. Его рука наконец-то убирается с моего плеча, и я чувствую, как мышцы расслабляются, позволяя мне вдохнуть поглубже.

Боги, рядом с ним я сама не своя. Как же я выдержу это… напряжение? С каждым днём, с каждой минутой, да нет, даже секундой, становится всё сложнее и сложнее держать какую-то дистанцию, сохранять этот хрупкий барьер между нами.

И самое ужасное, что и не хочется её держать.

Я точно сошла с ума. В тот день, когда в моей жизни появился он, я потеряла рассудок.

– Дальше – «нападавшие были нейтрализованы», – его голос снова становится деловым, но в нём слышна какая-то странная, напряжённая нота.

Он отходит от меня, и воздух снова становится прохладным. Он диктует ещё пару фраз, а затем, перекладывая какие-то бумаги на своём столе, задумчиво стучит пальцами по дереву.

– Всё, с отчётом закончили, – говорит Бронк. – Теперь принеси мне из хранилища папку с делом по Мортимеру. Синяя обложка, номер 734-Г. Там, кажется, мелькал почерк нашего охотника. Мне нужно сверить детали.

Он коротко объясняет, как пройти в архивное хранилище – по коридору налево, мимо зала картографии, затем вниз по винтовой лестнице. Я киваю, стараясь запомнить маршрут, и покорно направляюсь к выходу из общего зала, чувствуя облегчение от того, что могу на несколько минут сбежать от этого давящего внимания, от его присутствия, от своих собственных сбивающих с толку мыслей.