Книга Уникальная помощница для следователя-орка, страница 38 – Дита Терми

Тот кивает и жестом передает цилиндр мне, будто прося подержать. Мои пальцы в перчатках «Шепчущей кожи» обхватывают холодный металл.

И я сразу же «вижу».

Вспышка.Наш охотник в серебряной маске. Он стоит в центре просторного, полутемного помещения, похожего на ангар или ризницу старого собора. Перед ним возвышается нечто титаническое – переплетение полированных шестерёнок, мерцающих трубок с энергией и сияющих кристаллов, собранных в конструкцию, напоминающую артиллерийское орудие.

В его руке такой же латунный цилиндр, как и тот, что я сжимаю сейчас в своей ладони. С торжественной, почти ритуальной точностью он вставляет запчать в пустующее гнездо на корпусе механизма. Раздается глухой, мощный гул, идущий из самых недр устройства, и оно озаряется изнутри зловещим багровымсветом.

А рядом с ним… женщина. Высокая, стройная, в длинном плаще. Её лицо скрывается в тени капюшона, но я чувствую от неё волны холодной, безжалостной уверенности. Она не простая помощница. Она – партнер. Равная.

Их ауры, охотника и его спутницы, переплетаются в единое, мрачное целое.

Инстинкт самосохранения заставляет меня отшатнуться. Я вжимаюсь в твердый бок Бронка, судорожно хватаясь за складки его плаща.

– Грум, – выдыхаю я, поднимаясь на цыпочки и торопливо вываливая ему на ухо шёпотом, пока мастер отворачивается, чтобы что-то записать в толстую тетрадь. – Я вижу… Он… и ещё кто-то. Женщина. Они собирают что-то огромное… Оружие, должно быть… Эта деталь – ключевая часть его!

Бронк не шевелится. Остаётся таким же спокойным. Только его рука ложится мне на спину, между лопаток.

– Милая, – произносит он громко, и в его голосе звучит лёгкая, игривая ухмылка, предназначающаяся для посторонних ушей. Но его глаза, встречающиеся с моими, серьезны. – Не здесь. Пообниматься мы можем и позже. Дождись дома.

Он берёт цилиндр из моих ослабевших пальцев, бросает на прилавок несколько монет, коротко кивает мастеру и решительно разворачивает меня к выходу.

Проклятье. А ведь я и не подумала, что не стоит болтать. Моя осечка. Личные отношения с Грумом явно делают меня глупее. Я становлюсь совершенно неправильной помощницей.

Мы выходим на набережную. Делаю глубокий вдох, вбирая в себя прохладный, влажный воздух. Пытаюсь унять дрожь в коленях и вытеснить из головы образ чудовищного механизма.

И только я начинаю приходить в себя, как его рука снова, теперь уже железной, несокрушимой хваткой, перехватывает мою. Он резко тянет меня за собой, ускоряя шаг.

– Что случилось? – пытаюсь я вырваться, но его пальцы смыкаются стальным обручем.

– Не оглядывайся. Иди, – его голос тихий, но такой властный, что я беспрекословно семеню рядом.

Боюсь оглянуться. Кто-то заподозрил нас? Или ещё хуже. Может хозяин детали заявился, чтобы забрать её? Не тот, конечно, которого вырубил Бронк в той лавке, а настоящий. Тот самый неуловимый охотник за артефактами.

По спине сбегает волна ледяных мурашек. Я безропотно переставляю ноги вслед за своим боссом. Он вталкивает меня на пассажирское сиденье паромобиляи сам запрыгивает за руль.

Дверь захлопывается, и двигатель с низким рёвом оживает.

– Сейчас тут будет жарко, – бросает он, резко выезжая на улицу и набирая скорость. – Мы узнали, что надо. Наша работа здесь закончена. Пока.

– Но как?.. Что ты увидел? – растерянно спрашиваю я, цепляясь за подлокотник, когда он лихо вписывается в узкий проулок между двумя складами.