Книга Избранная для магната с планеты Аксилор, страница 59 – Ксения Хоши, Саша Май

— Это… невероятно. Я прямо сейчас… — начинаю говорить, но он перебивает:

— Было бы здорово, — тон снова холодный и жесткий. — Мне снова надо уехать. Нужно присутствовать на допросе захваченного вчера бандита.

Он смотрит на меня пристально:

— Тебя тут никто не потревожит. Работай в свое удовольствие, но… — его черный взгляд становится пронзительным с строгим. — Пообещай. Никуда. Не. Выходить. — Проговаривает с расстановкой. — Ты не должна покидать периметр поместья.

Я прижимаю ладонь к груди.

— Обещаю, — отвечаю честно и проникновенно.

— Это важнее тебе, чем мне, — бросает напоследок Трой и выходит из моей комнаты.

Когда за ним закрывается дверь, я подхожу к голограмме. Рассматриваю фрагмент, который не давал мне покоя ещё со снимков. Только теперь… теперь я могу видеть все, контекст, символы удивительно четкие. Теперь я его переведу и, кажется, получу ответ на свой главный вопрос.

Весна

Проекция саркофага висит в воздухе. Очень похожа на настоящий, только мозг понимает, что все линии эфемерные.

Я двигаюсь вокруг голограммы — голыми ступнями касаясь ковра. Восторг заполняет душу. Я присматриваюсь. Беру блокнот, принимаюсь записывать те куски перевода, которые раньше не удавалось сформулировать.

Первая страница блокнота заполняется за минуту. Мысли бегут быстрее рук. Слишком медленно писать в блокнот! Слишком… душно!

Я подбегаю к окну, открываю одну секцию нарспашку, возвращаюсь к терминалу, жму на значок микрофона. На голоэкране отображается сине-золотая надпись: «Запись включена…»

Я начинаю диктовать расшифровки вслух — голос дрожит от переполняющего меня предвкушения. Тайны Эйри ближе ко мне с каждым словом!

На одной стороне, кажется, предания. Или легенда.

— И вышел он, — произношу, вчитываясь в символы. — И не было у него ничего. Но предки не отпустили его… с голыми? С голыми руками? Пустыми, наверное…

Похоже, речь как раз о том, что скрывается в саркофаге — технологии. Я и раньше так думала, теперь уверена.

Эйри не только сами разлетелись в своих модулях жизнеобеспечения по всей Вселенной, но и отправили капсулы, в которых собрали свои интеллектуальные достояния.

Обхожу саркофаг. Нахожу место на крышке, где, как предполагается, как раз инструкция к открытию. По фото я в нем вообще ничего не поняла. Сейчас мне хватит данных.

— Когда придет ночь, — произношу вслух, наклоняюсь, приближая лицо к надписи. — Звезды укажут путь…

Это я и до этого перевела. Звезды, указывающие путь, нормально.

— Только дитя Слияния сияний? Или Сияющего слияния? Ладно, — я снова закапываюсь в этой формулировке. — Или дитя Сияния. Сможет открыть врата? Дверь? Путь?

Вот тут уже что-то новое вырисовывается! Оживляюсь.

— Сможет возлечь между небом и землей. Соединить их своей плотностью? — замолкаю. — Возможно, плотью? Возможно, телом.

Что за… бред?! Снова ничего не получается? Ладно. Соединить небо и землю собой, наверное. Еслитак, то договариваю:

— Тогда откроется путь Света и войдет сила пробуждения.

Вопросов к этому куску стало больше.

Продолжаю переводить, кружа вокруг голограммы.

В этом саркофаге есть что-то… словно живое. Я это чувствую. В душе не утихает трепет.

Хотя головой я понимаю, что передо мной всего лишь голограмма. Пиксели, обработанные компьютером и преломленные светом.

Но когда я подхожу ближе, и пальцы почти касаются символов, мне кажется, что воздух между нами искрит. Как будто я… как будто я — часть проекции. Сливаюсь с ней на уровне энергии..