Книга Разрушенная для дракона, страница 22 – Кристина Юраш

— Убей… — заставлял себя я.

Я не мог. Не мог пронзить сердце, которое любило меня и маму больше жизни. Я не хотел этого. Я хотел, чтобы он вернулся. Обратно. И чтобы отпустил меня. Когда-нибудь, но нескоро, я, быть может, занял бы его место. Но не сейчас.

Или я сейчас возьму себя в руки и собственными руками отправлю на тот свет старика, или…

«Он бы одобрил!» — пронеслось в голове, когда я смотрел на его портрет в полном величии, в расцвете власти. Молодой король. Глаза — как у меня. Огромная кулак, в котором была сосредоточена безграничная власть.

Знал ли этот красавец с портрета, что однажды будет лежать на кровати, а его рукой будут водить по документам, перечеркиваявсе его достижения, растаскивая страну на части?

Он даже не видит, что подписывает. Его глаза приоткрываются. Взгляд мутный, словно невидящий. Он смотрит не на бумаги, в пустоту.

Его рукой раздавали милости и устраняли врагов направо и налево, делили земли. Его перстень с драконьим глазом прижимали к бумагам, оставляя магический оттиск, как право на грабеж, на предательство, на смерть.

Я сделал вдох, занес кинжал и резко опустил…

Принц

Моя рука застыла в миллиметре от его груди. Грудь отца при вдохе даже касалась острия.

Я начинал ненавидеть себя за то, что в душе еще теплится надежда, что он однажды очнется. Ненавижу эту надежду. Ненавижу ее!

Послышались шаги и голоса возле двери королевской спальни. Я запечатал ее магией, слыша, как в нее ломятся министры.

Внезапно отец дернулся, как послушная кукла, открыл глаза и просипел: «Приказываю открыть!».

Моя магия тут же рухнула с двери, а я спрятал кинжал. Все здесь подчиняется магии отца. Его воле. Его праву.

— О, ваше высочество! — поклонился Роумонт, входя в покои с ворохом бумаг. — Решили навестить отца? Как он? Ему лучше?

Да он просто издевается! Я смотрел в его рыбьи глаза, сгорая от ненависти. Но я старался быть хладнокровным.

— Нет, — произнес я, глядя на стайку министров с бумагами. — Вы не подойдете к нему.

— Ах, ваше высочество! Вы снова за старое! — усмехнулся Роумонт, глядя на меня снисходительным взглядом. — Государственные дела не ждут. Хотя вам до них какое дело?

— Нет! — резко произнес я, вставая у них на пути. — Или я вас испепелю!

— Ну полно вам! — со снисходительной улыбкой произнес Роумонт, а позади меня послышался сиплый голос: «Пропусти их, сын!».

Магия отца оттолкнула меня, удерживая на месте. Я мог лишь мой наблюдать за тем, как вершатся судьбы королевства и набиваются карманы.

— Благодарю вас, ваше величество! — словно с издевкой произнесла эта старая крыса Роумонт, улыбаясь и сворачивая очередной подписанный документ. — Это большая честь! Выздоравливайте! Вы еще очень нужны Мириарду! Все королевство нуждается в вас…

Я все еще не мог пошевелиться.

— Ваше высочество, я прекрасно понимаю, зачем вы здесь, — улыбнулся Роумонт, когда свита уже покинула отцовскую опочивальню. — Вы очень переживаете, как и все мы. Но давайте будем честными. Вы не хотите править. Так что вам мешает покинуть дворец? Весь мир для вас открыт! Вы можете заниматься тем, чем вы хотите.

— Пока вы растаскиваете страну на части, — закончил я. — Что же вы подписали? Дайте-ка угадаю? Очередную награду? Земельку родственничкам? Вы еще не всех правнуков обеспечили?