Книга Разрушенная для дракона, страница 34 – Кристина Юраш

. — Как поживает ваш достопочтенный отец? — словно между делом спросил Лирриан, когда я был близок к убийству.

“Она там! Одна!”, - рычал я, сжимая кулаки. Словно мои мысли могли поторопить его.

Опять старик со своими расспросами! Сходи сам и посмотри! Выберись наконец-то из своей башни!

— Вы прекрасно знаете, — ответил я, и в голосе моём не было угрозы. Только плохо скрываемое раздражение.

— Вы слышали новости? Министр Роумонт скончался на балу от сердечного приступа! Прямо посреди бала! Ему стало плохо! - произнес Лирриан, проверяя этикетку на одном из флаконов. “Нет, не оно!”, - засопел он, отставляя зелье на стол.

— Да, что-то слышал подобное, - ответил я, чувствуя, как при упоминании имени старой крысы у меня внутри закипает ярость.

“Что она там делает? Зачем я оставил ее одну? А если с ней что-то случится?”, - метались мысли, пока я поглядывал на дверь.

— Кто же теперь возглавит министров? - спросил Лирриан, раздражая своей медлительностью и разговорчивостью. — Но это еще не все! Ах, вы слышали? Супругу сэра Уитмора похитили! Сразу после бала! Ее до сих пор не нашли!

Он промолчал, словно смакуя свежую сплетню.

— О, там такой скандал! Скандалище! - причмокнул старик, потирая руки. — Сирил Уитмор объявил за любую информацию о местонахождении его жены награду!

— Опять читаете газеты? - спросил я, понимая, что старику скучно. Он любит задерживать всех разговорами, радуясь хотя бы тому, что кто-то скрашивает его одиночество.

— Иногда даже чародею бывает скучно. Не хватает общения. Издержки профессии. Когда маг начинает разговаривать с ингредиентами, это еще не повод считать его сумасшедшим. Сумасшедшим его можно назвать, когда они начинают ему отвечать… Кстати, сегодня ко мне приходил доктор Пендорт, мой старый друг, - вздохнул Лирриан, что-то переставляяв шкафу. — Мы посидели, поболтали… Мы с ним вместе учились. Даже сидели за одной партой. И он по секрету мне сказал, что Уитмор просто сошел с ума, когда узнал, что его жена пропала. Он приказал повесить ее портрет над камином… И четыре часа сидел, сжимая ее туфельку, которую слуги нашли под лестницей.

Ревность вспыхнула внутри с такой силой, что я едва смог ее сдержать.

Лирриан заглянул в какую-то старую тетрадь, а потом шлепнул себя по лбу. “Как же я мог забыть! Я же его переставил к зельям от бессонницы!”, - проворчал он, открывая другой шкаф.

“Ох уж эта уборка! Потом ничего не найдешь!”, - вздохнул старик, доставая из шкафа склянку.

Он прищурился на этикетку, потом взял со стола очки и тут же кивнул: “Оно, родимое!”.

— Вот, ваше высочество! Держите! Самое эффективное!

Старик протянул мне золотистый флакон.

— Бинты понадобятся? - осторожно спросил он.

— Давай, - потребовал я, понимая, что чем дольше я здесь торчу, тем тревожней мне.

Я выхватил из его рук бинты и бросился обратно.

Значит, ее разыскивает муж. Значит, он любит ее. Стекло в руке чуть не хрустнуло.

Впервые в жизни я почувствовал обжигающую ревность. Она, словно огненная река, затопила все внутри, не давая мне даже вздохнуть.

Талисса

Я попыталась открыть дверь, но она была закрыта. Я скользнула к стене, положив руку на то место, где открывался тайный проход. Тоже закрыто.

“Ну хорошо, ты сбежишь? И куда дальше? Обратно? К мужу?”, - прошептал внутренний голос.