Книга Я украла личность своей госпожи и стала женой принца, страница 60 – Лера Андерсон

— Благодарю. — Бросаю я, запрыгивая на лошадь.

Лёгкий толчок, и она уже несёт меня галопом по протоптанной тропе. Как же давно я не ездил верхом.

Снежные поля и деревья сменяют друг друга. Когда мы с Беатрис пробирались через сугробы, я старался запоминать каждую деталь, всё, что могло бы привести меня обратно, если понадобится.

Я очень надеюсь, что на место бойни не забрели случайные прохожие. Мне бы следовало вернуться туда раньше, но сначала нужно было завершить дела во дворце. Союз состоялся, и это главное. Но почему-то меня не покидает растущее откуда-то из глубин Эфира чувство тревоги.

Уже вечереет, когда я захожу в лес.Все деревья похожи друг на друга, но я узнаю его. То дерево, под которым я сидел с дрожащей от холода и отчаяния Беатрис. Образ её хрупкой фигуры в моём пальто напоминает мне тот день, когда Великий Герцог решил выкупить её из трактира в Новеллине. Я не понимал, на кой ему сдалась эта хилая девчонка. Но нужно признать, она отлично служила принцессе…

Ещё пара часов, и вот я уже смотрю на карету. Утопая в лучах закатного солнца, она вся покосилась от ветров и накренилась вбок так, что кажется, будто вот-вот завалится. Спицы в колёсах покрылись ржавчиной, а обшивка местами ободрана птицами и дикими зверями.

Я подхожу ближе. Не обращая на меня внимания, ворон садится на крышу и отдирает ещё один кусок тонкой древесины, унося его куда-то. Ветхая дверца на ржавых петлях, противно скрипя, приоткрывается от моего прикосновения. По покрытому чёрными пятнами полу стаей бродят муравьи.

Горло сдавило от воспоминаний.

Тогда я просто стоял, как идиот, не в силах пошевелиться, пока Эллен захлёбывалась кровью. Беатрис держала её в руках, не отпуская. Не знаю, что она тогда сделала, но мне показалось, будто за пару мгновений до конца на бледном лице принцессы появилось блаженное спокойствие.

Она… улыбнулась.

Так, нельзя забывать, зачем я здесь. Следы уже давно замело снегом. Найти здесь зацепки теперь будет той ещё задачкой.

Я обхожу поляну, стараясь внимательно рассмотреть каждую деталь. У кострища под толщей снега лежат обглоданные кости солдата. На черепе виднеются остатки кожи и волос, покрытые ледяными корками. Гнилые и истлевшие бурые лоскуты одежды, пропитанные грязью, разбросаны то тут, то там.

Конечностей я недосчитался. Дикие звери растащили их на несколько метров. Относительно целыми оказались только те части тела, которые покрывал сплошной доспех: грудина и плечи… Но падальщики явно пытались добраться до нетронутых кусков окоченевшей плоти.

Холод немного замедлил разложение, но резкий порыв ветра заставляет меня поморщиться от отвратного запаха. Мерзость.

Сложно распознать следы борьбы, когда тут уже побывали все звери, обитающие по соседству. Помнится, этого солдата убили ледяным шипом прямо в живот. Прикрывая нос и рот, я наклоняюсь ближе, чтобы рассмотреть рёбра. На них виднеются неестественно яркие, рыжие пятна. Кости окислились отконтакта с магическим льдом.

Наверное, солдат уже снял часть доспеха перед сном, хотя металл вполне мог бы его спасти. Эта беспечность стоила ему жизни. Возможно, не только ему…

Выпрямившись, я оглядываюсь в поисках повозки. Она выглядит лучше, чем карета, хотя это не удивительно — у неё больше запас прочности. Животные явно пытались пробраться внутрь, царапая плотную ткань, но у них ничего не вышло.