Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 124 – Гарри Фокс

С трибун донёсся оглушительный рёв, на этот раз с моим именем: «Фон Дарквуд! Дарквуд!» Мои ноги подкосились, и я, шатаясь, побрёл на свою лавку, едва не падая от нервного истощения.

Но триумф был недолгим. Вышел крайний нападающий первой команды. Хладнокровно, без единой эмоции, он отправил Яйцо в все четыре кольца подряд. Счёт стал 8.8: 1.5.

Это будет не игра, а избиение детей,— с горькой решимостью подумал я, когда прозвучал свисток на начало второго тайма.

Мы вышли на позиции. Яйцо лежало в центре, безмятежно пульсируя. Наш вратарь, с лицом, искажённым яростью и желанием реабилитироваться, прошипел на всю команду, собрав последние крупицы воли:

— Соберитесь, ебанный в рот!

Но это было легко сказать. Свисток прозвучал, едва мы успели занять позиции, и… всё завертелось с такой чудовищной скоростью, что сознание не успевало регистрировать.

Первая команда завладела Яйцом мгновенно. Они не просто его перехватили — они его вырвали из самой концепции владения. Мой нападающий, тот самый, что толькочто принёс нам очки, рванулся к месту падения, но не успел даже протянуть руку.

Вместо шара его встретил жёсткий, без всяких церемоний, удар локтем в лицо. Раздался приглушённый, костный хруст. Из его носа брызнула алая струя, и он, беззвучно сложившись, рухнул на изумрудную траву.

— Уууу, — заревели зрители.

Но игра не остановилась. Ни на секунду. Пока он падал, нападающий противника, даже не глядя, уже швырнул Яйцо. Оно с шипением врезалось в спину второго нашего нападающего, который застыл в шоке от происходящего. Тот взвыл от боли и исчез в синем сиянии — выбыл на две минуты.

Агония растянулась на считанные секунды. Пока наш первый парень, истекая кровью, пытался подняться на колени, Яйцо, вернувшееся к атакующему, было запущено в него. Осалили.

Два человека. Буквально за три секунды.

Я стоял в ступоре, пытаясь осознать этот разгром. Но не успел. Следующими были я. Два нападающих противника, словно хорошо смазанная машина для убийств, снесли меня с ног. Я не успел сгруппироваться, просто полетел на спину, ударившись затылком о мягкий, но всё же твёрдую землю.

В глазах потемнело, а когда я смог сфокусироваться, то увидел лишь чистое, безмятежное небо над ареной. Оно было таким спокойным, таким отстранённым от адского хаоса внизу.

И тут трибуны ЗАРЕВЕЛИ. Этот рёв был другим — не сочувствующим, не ободряющим. Это был рёв восторга перед демонстрацией абсолютной, тотальной силы.

Этот звук мог означать только одно. Пока я лежал, глядя в небеса, нам забили.

9.8: 1.5— цифры на табло пылали, как раскалённое железо, выжигая последние следы надежды. Мы были не просто в проигрыше. Мы были раздавлены.

— Хорошее начало второго тайма. — пробубнил я под нос.

— Да что с вами не так⁈ — рычал наш вратарь, выбегая из ворот, его лицо было искажено гримасой ярости и бессилия. — Это просто пиздец!

— Да что ты ноешь⁈ — тут же огрызнулся один из защитников, с трудом поднимаясь после очередного столкновения. — Ты хоть раз бы поймал!

— Сам вставай и лови! — рявкнул вратарь, отчаянным жестом указывая на четыре огромных кольца за своей спиной. — У меня четыре цели! А ты даже в своё очко умудрился пропустить, бестолочь!

Я поднялся с травы, чувствуя, как по спине разливается тупая боль от падения. Вратарь наш, недолго думая, схватил Яйцо, которое мгновенно материализовалось у него в руках после гола.