Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 126 – Гарри Фокс

И я бросил. Не по кольцу. Вратарю прямо в грудь. Защитники же чуть ли не собой прикрывали три других кольца.

Удар был такой силы, что он отлетел назад, врезался в стойку ворот и осел, кашляя. Яйцо, отскочив от его одежды, с оглушительным грохотом влетело в ближайшее кольцо.

Гол. 9.8: 2.5

Я стоял, тяжело дыша, глядя на поверженного вратаря. В ушах стояла оглушительная тишина, хотя стадион ревел. Я не умел играть в «Горячее Яйцо». Но я только что показал им, что умею делать кое-что другое.Выживать.

Вратарь противника выбыл. Синий свет магии унёс его за пределы поля, оставив ворота пустыми и беззащитными. Я повернулся и побрёл на свою позицию, ноги были ватными, а в ушах стоял оглушительный звон. Адреналин начал отступать, сменяясь дрожью в коленях и смутным осознанием, что я, кажется, только что совершил нечто невозможное.

И тут я увидел его. Зак стоял у бровки. Его лицо, обычно озарённое ухмылкой, было вытянутым и серьёзным. Но его руки медленно, ритмично хлопали. Это не было ликование толпы. Это было нечто другое. Признание.

В этот момент он странно напомнил мне Багз Банни — того, из старых мультфильмов, когда тот в самых безвыходных ситуациях сохранял ледяное спокойствие и делал своё дело. И сквозь нарастающий гул трибун, сквозь собственное тяжёлое дыхание, я уловил в голове знакомый ритм. Первую, басовитую строчку из трека «Shahman — Mark», который я слушал, кажется, в другой жизни:

«Skin the color of bark…»

Я кивнул Заку. Коротко, почти невидимо для кого-нибудь еще. Он в ответ чуть склонил голову. Диалог был исчерпан. Игра ещё не закончилась. Но что-то переломилось. И пусть счёт был унизительным, но теперь в воздухе висело не только поражение, но и вопрос. Вопрос ко мне и ко всем: «А что будет дальше?»

Едва я вернулся на свою позицию, как стало ясно — противники сменили тактику. Их цель была не забить, а добить нас. Выбить из строя третьего нападающего, коим был я. Один из их игроков, коренастый брюнет с кривой усмешкой, даже не целясь в кольца, швырнул Яйцо в меня, в грудь, с такой силой, что воздух засвистел.

Я не думал. Тело среагировало само, по инстинкту, до боли знакомому по дворовому футболу. Я оторвался от земли, сделал «ножницы» — переворот в воздухе с заносом ноги. Горячий шар с глухим ТХЫКударился о мою подошву и, как от батута, полетел обратно. Прямо в лицо тому, кто его бросил.

Я успел увидеть, как его довольная ухмылка сменилась шоком, прежде чем Яйцо врезалось ему прямо в переносицу. Вспышка синего света — и он исчез с поля. Выбыл.

Я упал на спину, но моментально вскочил на ноги, потому что Яйцо, вернувшись, уже летело в меня снова. И снова мои движения были инстинктивны, выточены адреналином и чем-то ещё, глубинным. Левая рука сама вышла навстречу. Я не поймал шар. Я… захватилего. Сделал плавноекруговое движение, и Яйцо, повинуясь, начало кружиться вокруг меня, как спутник, оставляя за собой золотистый след. Я ощутил поток магии — не свой, а тот, что был в самом шаре, и теперь он вынужден был подчиниться моей воле, встроиться в моё движение. Это было неописуемо. Чувство контроля. Чувство силы.

Толпа взорвалась. Это был уже не просто рёв, а оглушительный вихрь восторга.

— Аааа, — протянул я, и до меня наконец дошло. — Вот как… вот как надо играть в вашу игру.