Книга Маркатис #2. Курс 1. Октябрь, страница 61 – Гарри Фокс

Голос (снова пафосный):

«Марбет»! Мы превращаем твою веру в зелёные цифры на белом экране!

(Финальный кадр: наш уставший маг, поставивший последние медяки через «Маркатисбет», с изумлением смотрит, как его выигрыш — сияющая белая жемчужина размером с его голову — материализуется перед ним. Он протягивает руку, чтобы потрогать… и жемчужина с тихим «хлопком» превращается в обычную картофелину, испачканную зелёной краской. Маг плачет.)

На экране всплывает слоган в зелено-белой гамме:

МАРКАТИСБЕТ. ВСЕ НАШИ КРАСКИ — ВАШИ БУДУЩИЕ ВЫИГРЫШИ!

Я пробивался к своему общежитию, как ныряльщик против течения. Вся академия буквально сотрясалась. Где-то из-за стен доносились оглушительные басы боевых гимнов, под которые содрогалась каменная кладка. Воздух гудел от возбуждения. По коридорам носились разгоряченные студенты, размахивая шарфами и выкрикивая речевки.

— «ВЕН-ЦЕ-НОСЦЫ! В БОЙ!» — пронеслось мимо меня плотное облако из первокурсников в бело-золотом.

— «МОНОКЛЬ — В ГРАНД-ФИНАЛ!» — парировала им ватага старшекурсников, явно болеющих за противника.

Я, как лосось на нересте, петлял между ними, прижимался к стенам. Наконец, я влетел в свой коридор и, не сбавляя хода, рухнул плечом в дверь комнаты.

Внутри была неестественная, оглушительная тишина — звукоизоляционные чары едва справлялись с внешним грохотом. Я стоял секунду, опираясь о косяк и переводя дух, пока за спиной грохотало и ревело.

Дальше все было делом тридцати секунд. Сорвал с себя больничную робу, швырнул ее в угол. Из шкафа выдернул знакомую форму «Венценосцев» — белый мундир с золотой отделкой и зелеными акцентами. Ткань пахла свежестью и домом. Натянул штаны, запахнул мундир, чувствуя, как с каждой застежкой во мне просыпается не пациент, а участник событий.

Поймал свое отражение в зеркале — осунувшееся лицо, но в глазах уже не лихорадочный блеск, а решимость. Провел рукой по волосам, смахнув остатки больничной апатии.

Последним делом схватил коммуникатор. Ни новых сообщений от Ланы. Только тишина. Что ж… ее проблемы. Сейчас мое место было там.

Я распахнул дверь и снова нырнул в оглушительный водоворот звуков и цвета, уже как своя его часть. Я был готов.

Вырвавшись из относительной тишины коридоров, я снова нырнул в оглушительный водоворот, который был главной улицей кампуса. Я уже почти бежал в сторону стадиона, как наткнулся на плотную стену из бело-золотого цвета. Это была орда болельщиков «Венценосцев», человек двадцать, размахивающих флагами и орущих что-то невнятное.

И вдруг… всё замерло. Самый крупный из них, здоровяк с размалёванной под герб щекой, уставился на меня. Его глаза расширились.

— Это же… НОВОБРАНЕЦ! — проревел он, указывая на меня пальцем размером с сосиску.

Наступила секунда гробовой тишины, а потом на меня обрушился хаос. Они сомкнулись вокруг,подхватили на руки, подбросили в воздух! Мои протесты потонули в рёве.

— УА-УА! ВЕНЕЦ НАД ГОЛОВОЙ! — гремела толпа, неся меня, как трофей, вперед.

— ХУЙ В ТЕБЕ! МОНОКЛЬ ДОЛОЙ! — вторили им другие, и я, болтаясь в воздухе, мог только покраснеть от этого… своеобразного креатива.

— МЕЧТАЙ ОБО МНЕ! — залихватски выкрикнула какая-то девушка, и толпа подхватила.

Мои эмоции? Изначально — чистейший шок и дикий стыд. Я был новичком, серой мышкой, которую вдруг пронесли, как главного героя парада. Но потом, глядя на эти разгоряченные, искренние лица, на эту безумную энергию, стыд сменился нарастающей волной какого-то животного восторга. Меня несли! Меня — Роберта! Это было одновременно нелепо и чертовски приятно. Я чувствовал себя своим.