Книга РОС: Забытый род, страница 24 – Гарри Фокс

Клыки.

Огромные. Кристаллические. Пронзили тело как масло. Боль. Нечеловеческая. Разрывающая. Размалывающая кости, рвущая плоть. Я услышал собственный хрип. Увидел вспышку белого света…

— Итак, первый прошел дыхание Аспида! Следующий!

Голос. Резкий. Металлический. Знакомый. Виолетты.

Я вздрогнул, как от удара током. Открыл глаза. Лиловое небо Изнанки. Черный мрамор под коленями. Холод камня. Я стоял на коленях у самого подножия Тотема Аспида. Его каменная пасть была лишь слегка приоткрыта, из нее струился привычный едва заметный зеленоватый туман. Рубиновые глаза смотрели вдаль, неподвижные. Безжизненные. Как всегда. Никаких следов недавнего кошмара. Никакой крови. Никакой боли. Только… фантомное эхо. В местах, где клыки пронзали тело — грудь, живот, бедро — горело. Не реальной болью. Памятью боли. Ужасно реальной.

Что… что это было? Какого хрена?!— мысли метались, как перепуганные птицы. — Иллюзия? Галлюцинация от паров? Или… настоящая смерть, которую он отменил в последний миг?

Правой рукой я машинально протер глаза, пытаясь стереть остатки леса, тварей, пасти. Рука дрожала. Взгляд упал на неподвижные рубиновые глаза Тотемного Аспида.

Ты что, играешься со мной?— мысленно направил я яростный вопрос в камень. — Это была проверка? На прочность духа? На… вкус моей души? Или… ты и правда попробовал? И решил, что я пока не готов к твоему столу?

— Уебывай уже, стоячий столб! — Резкий окрик Виолетты вернул меня в реальность. Она стояла рядом, ее лицо — маска ледяной командирши, но в глазах — едва уловимая искра тревоги. Она грубо схватила меня за плечо и подняла на ноги. Ее пальцы в перчатке впились в мышцы. — Я сказала — следующий! Не задерживай очередь!

Она толкнула меня в сторону группы выживших. Григорий смотрел с привычной мрачной оценкой, Марк — с диким научным любопытством, Артём — с ужасом, Степан молился, Клим замер, как статуя.

И когда я пошатнулся мимо Виолетты, ее губы почти коснулись моего уха. Шепот был таким тихим, что я едва расслышал, но он прожёг сильнее кислоты:

— Ты у папы… попросил моей руки? Так долго тебя не было…

Потом она резко отстранилась, и ее голос снова загремел, ледяной и безжалостный, разносясь по площади:

— СЛЕДУЮЩИЙ! К ТОТЕМУ! БЫСТРО!

Я отполз к остальным, прислонившись к холодной стене здания. Сердце колотилось как бешеное. Фантомная боль от клыков Аспида пульсировала. На губах — привкус страха и… ее шепота. А перед глазами стояли рубиновые глаза Тотемного Змея. Неподвижные. Но теперь я знал, что за этой неподвижностью скрывается древний, голодный, играющий разум.

Испытание "дыханием" было пройдено. Но настоящая игра с Аспидом только началась. И правила этой игры были страшнее и непонятнее любого кислотного плевка. Я посмотрел на спину Виолетты — строгую, властную — и понял, что ее отец не просто испытывал меня. Он предупредил. Или развлекался. Разницы, похоже, для него не было.

Наблюдать за другими было… странно. После моего кошмара в лесу, после ощущения, как кристаллические клыки Аспида дробят ребра, их испытание казалось пародией. Один за другим — Григорий, Марк, Степан, Клим, Артём — подходили к Тотемному Аспиду. Стояли минуту, напряженные, бледные, но… всего минуту. Зеленоватый туман окутывал их, они вздрагивали, иногда кашляли, Марк что-то записывал в блокнот прямо под струей "дыхания", но никто не заходился предсмертным хрипом, не падал, не пускал пену. Просто стояли. Потом отходили, потные, дрожащие, но живые.