Книга Алый почерк искушения, страница 79 – Лея Кейн

О том, что истекли отведенные на прятки два часа, я узнала из боя часов, донесшихся досюда слабым эхом. Утерев слезы, я сняла факел со стены и двинулась в камеры. Заглянула в одну, вторую, третью. Обратила внимание на картины на стенах, и мое уныние сменилось улыбкой. Эти замечательные работы отличного художника смотрелись тут предельно нелепо. Стало ясно, что повесили их не принцы. Разумеется, Янесса. Она оживила этот замок даже в самых удаленных уголках. Девушка, разрушившая сразу две печати проклятия, но выбившая и себе, и принцам Бранду и Мортену шанс на счастье. Если выживу, обязательно с ней познакомлюсь.

Я не знала, какая из этих камер принадлежала Айварису, поэтому заняла ту, где мне больше всего понравилась картина — горные пики, встречающие рассвет. Не пейзаж, а шедевр. Ни одна фотография не передала бы полноты эмоций, какие перенес на полотно художник.

Просто любуясь картиной, я размышляла о том, каково это — каждую ночь сидеть здесь? Цепи, приваренные к кольцам в стенах и полу. Мощный замок на двери. Солома. Миска с водой. И кромешная тьма. Здесь не было ни единого окошка, чтобы хотя бы увидеть луну и звезды. Самое настоящее проклятие во всех красках, которые до сих пор были для меня тайной.

Лучше бы я спряталась в чулане среди метелок и швабр. Там мое сердце не ныло бы от невыносимой боли. Но я уже не могла выйти. Сорвать отбор — это проявить неуважение к Альдису. Все-таки парень старался. Ему еще предстояло отчитаться перед королевой за проделанную работу. А учитывая, как откровенно принцы отвергали невест, она и так останется не вполне довольна результатом фестиваля.

Трудно сказать, сколько я просидела в одной позе, но ноги у меня прилично затекли. Пришлось сменить положение, потом встать и походить, полежать, сделать разминку взмахами руками.

Время шло, а меняникак не находили. Я даже задремала на кучке соломы, когда услышала приближающиеся по лестнице шаги.

Потерла глаза, поднялась на локте и уставилась на дверь, ожидая появление Айвариса. Наконец в проеме мелькнула тень и вырос мужской силуэт.

Застыв посреди кулуара, он повертел головой и присвистнул:

— Так вот где ночуют проклятые принцы. Привет, Кэрол, — он склонил голову набок. — Прошло шесть часов. Принц Айварис в отчаянии. Уже вытряс душу из стражи, решив, что ты сбежала из замка. Даже рискнул попросить моей помощи, потому что его братец куда-то удрал, а единственный, у кого есть волчье обоняние в замке, это я.

Я помассировала шею и встала.

— Собираешься выходить? — спросил он.

— Нет уж. Пусть еще поищет.

— Ваша детская игра закончилась час назад.

— Это уже не игра, Ашер. Дело принципа. Он решил, что я сбежала? Так вот какого он обо мне мнения. Что ж, подергаться лишний раз пойдет ему на пользу.

— Какая ты коварная, — оскалился он, приближаясь ко мне. — Так бы и съел…

Не успела я ни ахнуть, ни остановить его, как Ашер рывком подхватил меня на руки, прижал к стене и с поцелуем припал к моим губам.

Странно, но я ощутила неистовую радость и волнение от поцелуя. Потерялась в этом магическом моменте, соскучившись по теплу и ласке Ашера. Уловила в его движениях губ и тоску, и устремленность, и искренность, и горячность, и силу чувств. Он всегда шел наперекор всему миру, храня мне верность. Эта собачья преданность говорила о бесконечной искренней любви, которую до недавнего времени я считала неразделенной.