Книга Поворот: «Низины» начинаются со смерти, страница 48 – Ким Харрисон

— Совсем не помню.

Глаза Триск опустились; она наклонилась, обхватив колени.

— Я решила, что после удара тебе не стоит оставаться одному, так что… — Она пожала плечами, взгляд скользнул в сторону и обратно.

Вот почему я здесь,— подумал он и внезапно разозлился на себя. Она совершенно ясно дала понять, что не хочет свиданий, а он, приняв её заботу о его безопасности, превратил всё в то, чем это не было. Сжав чашку между коленями, он осел. Какой же я идиот.

— Может, тебе стоит проверить голову, — сказала Триск, и он вздрогнул: думал о том же.

— Со мной всё в порядке, — сказал он, удерживая руку, чтобы не потереть затылок, поставил кофе и откусил ещё маффина. Когда он нервничал, он ел — а эти быличертовски хороши. — К тому же, если возьму больничный в понедельник, полковник Вулф заставит Ларри отдать ему честь.

— Он и так его построит, держу пари, — хмыкнула Триск. — Даниэль, я не могу передать, как мне жаль твой проект, но не верю, что они сделают из него что-то опасное. Людей куда проще убить, чем вирусом без хозяина и способа размножения.

— Пожалуй, — сказал он, поглядывая на неё между укусами, не в силах поверить, что кто-то может выглядеть так хорошо в сандалиях и джинсах. Неудивительно, что старый приятель по колледжу примчался из Флориды работать с ней.

Не замечая его мыслей, Триск закачала ногой.

— С долей везения и твой солдафон, и мой «мальчик с фермы» свалят через пару недель, и всё вернётся на круги своя.

— Не уверен, что хочу этого, — сказал Даниэль, и её нога замерла. Встретив её взгляд, он приподнял плечо и уронил. — Не знаю, смогу ли дальше работать в «Глобал Дженетикс», если они вот так продают мою работу. Мне не жалко продажи — моё сердце в исследованиях, надо отпускать, чтобы искать следующее. Но когда твой вклад вычёркивают подчистую?.. — Взгляд его ушёл вдаль. — Правительство может поставить любое имя. И это ещё если они не превратят всё в оружие.

— Не смогут, — спокойно возразила Триск. — Никак. Ты спроектировал его так, что вне лаборатории он не реплицируется. У него нет хозяина, а мутации летальны или не возникают вовсе.

Он смотрел на камин, за которым поднималась тонкая нитка дыма от погасшего огня, которого он не помнил.

— Надеюсь, ты права. Я и представить не мог, что меня полностью отодвинут. Может, мне и не нужно, чтобы там стояло моё имя.

Триск потянулась через разделявшее их расстояние и, коснувшись его колена, заставила вздрогнуть.

— Я знаю, что права.

Он посмотрел на её руку, потом поднял глаза.

— Спасибо, что не говоришь: «Всё будет хорошо».

— И это тоже будет, — сказала она, и он нахмурился, сбитый с толку смешанными сигналами. Она хочет быть больше, чем другом — или просто другом? Чёрт, я слишком стар для этого.

— Может быть, — уклончиво ответил он, выскользнув из-под её ладони и пригубив кофе. — Ты сказала, что училась с ним в одной школе? — спросил Даниэль, нуждаясь в подробностях. — С твоим «мальчиком с фермы», — добавил он, когда она вопросительно на него посмотрела.

Поняв, она обмякла и закатила глаза.

— Кэл? — Она выдохнула, пряча лицо за глотком кофе. — Да. Мы были в одном классе. Он уехал работать во Флориду, когда я приехала сюда.

— Да ну. — Даниэль на миг умолк. — Кэл, значит? Милое имя.

— Не верится, что он работает на Saladan Farms, — сказала Триск. — Он тянет на NASA, почти как я. И теперь едет сюда?