Книга Временная жена, страница 161 – Катарина Маура

— Валентина, — тихо произносит он, потрясенный. — Что ты здесь делаешь?

Нервы держат меня в плену, но я решаю стоять твердо. Я с трудом улыбаюсь и стремглав прохожу мимо него, боясь, что он закроет дверь передо мной, лишив меня шанса сказать все, что нужно.

Я поворачиваюсь к нему, когда слышу, как дверь закрывается,и он идет ко мне, нерешительно, с настороженным выражением на лице. Его взгляд медленно скользит по моему телу, оценивая красное платье, которое на мне надето. На мгновение мне кажется, что в его глазах промелькнула боль, но затем он вздыхает и улыбается мне. Давно я не видела его такой улыбки — это та улыбка, которую он дарит всем, кроме меня. Отдаленная. Вежливая. Ненастоящая.

— Ты хорошо выглядишь, — говорит он мягким голосом. — Похоже, тебе стало лучше. Я рад.

Он смотрит на меня несколько секунд, потом слегка качает головой, отводя взгляд. Даже когда я говорила ему, что мы должны закончить, это не ощущалось так окончательно, как сейчас. Что я наделала?

Я дрожу, подходя к нему, отчаяние направляет каждый мой шаг. Я готова потерять все на свете, но только не его. Я останавливаюсь перед ним, и Лука смотрит на меня сверху вниз, его выражение лица невозможно прочесть. Прошло так много времени с тех пор, как я стояла перед ним, и он не прижимал меня к себе мгновенно, и это причиняет мне боль. Меня убивает мысль, что я сама это сделала.

— Прости меня, — шепчу я. Глаза наполняются слезами, и я сжимаю кулаки, ногти вонзаются в кожу. — Пожалуйста, прости меня, Лука. Я не имела в виду ничего из того, что сказала. И я…

Ему хватает доли секунды, чтобы притянуть меня к себе, и в тот момент, как он обвивает меня своими руками, я разрываюсь на части. Тихое рыдание вырывается из моего горла, несмотря на все усилия сдержать его, и Лука крепче сжимает меня.

— Тебе не за что извиняться, — говорит он, его слова спешат, как будто ему невыносимо слышать мой плач. — Совершенно не за что, детка.

Я прячу лицо на его груди и крепко обнимаю его, больше никогда не желая отпускать.

— П-прости, — плачу я. — Я не соображала, и все мои мысли просто закружились, и все становилось только хуже. Я убедила себя, что ты меня на самом деле не любишь и что ты никогда не захочешь быть со мной. — Мои слова вырываются наружу потоком, и я изо всех сил стараюсь просто дышать. — Тогда я начала думать, что тебе будет лучше без м-меня, и может быть, это правда, но, Лука… прости, но я не могу тебя отпустить. Даже если я тебя не достойна, даже если я причинила тебе боль. Я… я не могу.

Он обхватывает меня за плечи и слегка отстраняется, чтобы посмотреть на меня, в его глазах отражаетсярастерянность. Я никогда раньше не видела неуверенности в глазах Луки, но именно это сейчас смотрит на меня.

— Даже если я без гроша? Даже если я причина, по которой мы потеряли дом и работу? — Его голос звучит мягко, с легкой дрожью.

— Тем более, — говорю я. — Мне нужен ты, Лука. Если уж на то пошло, я чувствовала, что все это стояло между нами, как будто мы не могли быть по-настоящему равными, потому что я никогда не была равной тебе. Я чувствовала, что должна постоянно что-то доказывать, как будто ты можешь уйти, если я больше не буду тебе полезна.

Он нежно касается моего лица, его взгляд тревожный.

— Как ты могла так думать? Я люблю тебя больше всего на свете, Валентина. Я знаю, что изначально я предложил брак по расчету, но это было только потому, что ты бы не согласилась выйти за меня иначе. Я думал, мы договорились, что сделаем наш брак настоящим, разве нет? Как ты могла сомневаться в моей любви к тебе?