Книга Разрушенные клятвы, страница 57 – Катарина Маура

— Меня до сих пор бесит, что тебя пригласили спикером на предстоящую конференцию, а меня нет, — говорит она, но в ее янтарных глазах только гордость.

— Придется как-то загладить вину, да?

Она быстро кивает, ее ладонь скользит вниз по моим брюкам.

— И это будет нелегко. Я очень расстроена.

Я ухмыляюсь, стягивая с нее одежду, и обнаруживаю, что под шортами ничего нет.

— Ты и правда выглядишь очень-очень грустной, — говорю я, накрывая ее мокрую киску ладонью. — Такой грустной, что буквально плачешь по мне, Селеста.

Она резко сдергивает с меня боксеры, оставляя меня полностью обнаженным. Я ухмыляюсь, вставляя в нее два пальца, и ее стон звучит для меня самой сладкой музыкой.

— Раздвинь ножки, богиня. — Она повинуется, и, черт, какой же это вид. — Хорошая девочка, — шепчу я. — Положи руки на стол позади себя и не двигай ими, пока я не скажу. — приказываю, дразня ее точку G.

Есть что-то поистине волшебное в том, как она хочет меня, как ее киска сжимает мои пальцы.

— Ты просто потрясающая, — шепчу я, наклоняясь к ее уху. — Сидишь тут, на своем кухонном столе, солнце играет на твоей коже, а ты трахаешь пальцы своего парня, как послушная девочка. Ты знаешь, что ты настоящая богиня?

Она стонет, ее бедра сами идут мне навстречу.

— Зейн, — умоляюще шепчет она, поднимая руки, чтобы притянуть меня.

Я выскальзываюиз нее и подношу пальцы ко рту, медленно облизывая их.

— Если поднимешь руки с этого стола, я тоже уберу свои, детка.

— Пожалуйста, — ее голос звучит чертовски мило.

Я закусываю губу, когда она раздвигает ноги еще шире и отклоняется назад, ее взгляд наполнен чистым соблазном.

— Обожаю твои пальцы, дорогой парень, но сейчас хочу твой член. Трахни меня, Зейн.

Чертова женщина. Она прекрасно знает, что делает со мной.

— Что моя богиня желает, то она получает, — тихо говорю я, прижимаясь к ее входу.

Она задыхается, когда я вхожу в нее, и это сводит меня с ума.

— Зейн, — шепчет она, обвивая меня руками, наши тела сплетаются в едином ритме.

Она так хорошо принимает меня, это безумие, насколько она горячая и тугая. Селеста смотрит мне в глаза и улыбается..

— Я схожу по тебе с ума.

Я сглатываю, пытаясь осознать, что все это — реальность.

— Селеста — шепчу я — Безумие даже не описывает, что я к тебе чувствую.

Она знает, правда? Я еще не сказал этих слов, но они отражаются в ее взгляде.

Я отстраняюсь лишь на миг, чтобы вогнать ее в столешницу сильным и резким толчком. Она стонет — божественно, протяжно, так, как мне нравится.

За последние пару месяцев я выучил каждую ее слабость, каждый угол, который заставляет ее извиваться. Сводить ее с ума на грани оргазма стало моим новым любимым занятием. Нет ничего более захватывающего, чем видеть, как Селеста умоляет. Она крепче сжимает меня ногами, ее пальцы зарываются в мои волосы, ее губы находят мои, и я тону в ней. Я думал, что любил ее, когда мы были детьми, но, черт, это чувство ничто по сравнению с тем, что я испытываю сейчас.

— Да, — простонала она у меня на губах. — Вот так, Зейн, пожалуйста. Не останавливайся.

Я прикусываю ее губу, втягиваю ее в себя, пока двигаюсь все глубже, сильнее, а моя рука скользит вниз, находя ее клитр.

— Вот так, детка?

Она судорожно кивает, вцепляясь в мои плечи, ее дыхание сбивается, стоны становятся громче.

— Ты такая чертовски красивая, Неземная. Невероятная. И вся моя.