Книга Ибо однажды придёт к тебе шуршик…, страница 100 – Игорь Маслобойников

– Надейтесь, чтоб это было именно так… – скорее никому, нежели бывшему властителю её сердца ответила владычица Померании, и в тяжёлой задумчивости посмотрела на царствующую чету.

– Что ты имеешь в виду? – переспросил Владислав.

– Потом, Владик, потом… – отмахнулась Марго, развернулась было, чтобы вернуться к карете, но остановилась, будто желая добавить что-то ещё, однако передумала. Ей необходимо было как можно скорее оказаться в гадальной комнате. Дурные предчувствия требовали подтверждения… – Трогай! – Бросила она кучеру, захлопывая дверцу с гербом Померании.

Хлыст взвился над холками лошадей и звучно опустился на их крупы. Карета сорвалась с места и, несмотря на стремительно размокающую дорогу, буквально выскочила за ворота.

– Папочка, ты говорил, она – колдунья, – тихо произнесла Ольга, глядя вслед удаляющейся гостье, пока та совершенно не исчезла за оградой.

Услышав последние слова, слуга с зонтиком испуганно перекрестился, кинув беглый взгляд на дворецкого, который, нисколько не изменившись в лице, продолжал укрывать королеву-мать от дождя.

«Вот, что значит опыт, выдержка и школа!» – позавидовал слуга дворецкому и на всякий случай утроил слух – мало ли!

– А что, если она так и не простила нас?

– Прошло шестнадцать лет, – пожал плечами Владислав. – Она сама предложила породнить наши королевства. С чего бы ей желать нам зла?

* * *

Рассвет осторожно поднимался из-за кромки леса. По подоконнику важно расхаживал дикий голубь и топорщил перья, стараясь обсохнуть. «Гадальня» представляла собой жалкое зрелище: сплошные руины после пожарища. С развороченной крыши, на дымящиеся уголья капала вода. Пэк, Лум и Тук, примчавшийся на помощь, сидели на обгоревших балках чумазые, мокрые, но довольные. Как бы там ни было, но даже в самой скверной ситуации любой уважающий себя шуршик старался оптимизма не терять, даже когда речь шла о соляных ваннах.

– Кажись, п-пронесло… – хихикнул Тук, разглядывая почерневшие от копоти лапы.

– Ага, – гоготнул Пэк не без удовольствия. – Чуть весь за́мок не спалили! – но тут же осёкся, скатившись на риторический тон: – Какого волосатого три дня назад Толстина Глоб сварил мне эту кашу – будь она проклята?! Всё-таки прав, сто раз прав Большой Бло: нет ничего зазорного в неведении, ибо оно простительно, но знание, само по себе, умножает печали.

Лум согласно кивнул и поинтересовался у учёного собрата:

– Тук, ты не в курсе, где находятся пророчества Страдалимуса-младшего?

На мордочке Тихони тут же нарисовалось крайне озабоченное выражение:

– П-пророчества? – переспросил он, неопределённо шмыгнув носом. – Так п-пропала эта книжка.

– Как пропала?! – хором ахнули оба рыжика.

– А так! Исчезла почти сразу же, как Большой Бло выгнал Маленького Бло из-за «глюнигатэна», помните?

Распространяться о встрече с младшим братом вожака стаи шестнадцать лет назад и тайнике, куда отправилась потом «Книга пророчеств» Тук не стал. И всё-таки, умолчание – это одно, а вот ложь соплеменникам – совсем другое! Клевета – наигнуснейший из пороков, чему на примере человеков шуршики были свидетелями не раз. Но любитель древних манускриптов готов был преступить непреложный закон, даже рискуя превратиться в изгоя, ибо, как тогда, таки сейчас, болтовня на тему Мглистых времён казалась ему излишней. «Не буди лихо, пока оно тихо…» – разумно вещали двуногие, и следует отдать им должное, некоторые изречения были не лишены глубокомысленной изящности. Тем не менее последние события намекали на то, что печать тайны на его устах довольно скоро будет сорвана. Но и пугать соплеменников, не получив достаточных доказательств, что Великая Мгла на пороге, тоже неразумно. Однако интерес членов стаи к столь небезопасному предмету всё же насторожил Тихоню.