Книга Итак, я стала ведьмой, страница 36 – Алёна Соловьёва

Значит «сигонь» – это всего лишь аист. Забавно.

— Так это не шутка? – выходя из оцепенения, спросила мама.

Она смотрела на гостей так, будто в любой момент ожидала появления съемочной группы с хлопушками и криком «Розыгрыш!».

— О чем вы?! Такими вещами не шутят, — возмутился Фокст. – Мадам Гру – официальный представитель школы по зачислению детей-иностранцев, специально проделала весь этот путь из Бретани, что лично получить ваше согласие на обучение дочери.

— В таком случае позвольте узнать, с чего это вдруг нашу Марьяну решили принять в такую престижную школу? – вежливо поинтересовался папа. — У нее с оценками за год настоящая беда.

Все взгляды обратились на меня, а я сидела с открытым ртом, не зная, какую ложь на этот раз предоставить любимым родственникам. Но Фокст совсем не растерялся.

— Ваша дочь отправила заявку, — просто ответил он, доставая из уже знакомой синей папочки какие-то бумаги. – А потом блестяще выполнила предварительные тесты. Настолько блестяще, что школа предлагает ей стипендию в размере стоимости обучения.

Родители дружно ахнули. Мама залилась румянцем.

— Просто невероятно, — озадаченно повторяла она, вглядываясь в бумаги.

Мне тоже захотелось посмотреть, что же там написано, но Фокст незаметно погрозил мне пальцем. Судя по всему, разговор о стипендии заставил моих родителей поверить в чудо. До этого они, наверняка, полагали, что их тупо разводят на обучение в непонятной школе у черта на куличках. Что, собственно, было чистейшей правдой. Краем глаза я увидела исписанные мелким шрифтом листы с гербовой печатью Фокст передавал родителям все новые и новые документы, и каждый из них вызывал у мамы с папой восхищенные вздохи.

— Мы-то думали, что ты съехала по учебе из-за лени, а ты у нас, оказывается, готовилась поступать в элитную школу за границей, — виновато призналась мама, бросив взгляд в мою сторону.

Я покраснела. Как же противно было ихобманывать. Знала бы ты, мама, правду, не говорила бы так.

— Вы простите нас, пожалуйста, господин Фокст, за этот не совсем праздничный прием. Когда Марьяна сказала, что вечером у нас будут гости, я предположить не могла о таком. Думала, она парня приведет знакомиться!

Фокст понимающе улыбнулся. Конечно, для парня и картошка с котлетами на ужин сойдет, а вот для представителей деревни Вурдалаки нужно было что-то особенное приготовить!

«Человечину», — мрачно подумалось мне.

— Может, коньяку? — неуверенно предложил папа. – А дамам могу предложить отличное вино. Французское, кстати. У нас тут целый погребок. Презенты от благодарных пациентов, если вы понимаете, о чем я.

— Замечательная идея, — согласился Фокст, переводя мадам Гру слова отца. — Мы с мадам с удовольствием. Но сначала давайте подпишем документы. Вам нужно время, чтобы посоветоваться прежде, чем принять решение?

В маминых глазах стояли слезы.

— Нам, конечно, очень жаль отпускать Марьяну так далеко и надолго. Мы будем сильно скучать. Но нельзя лишать ее таких перспектив. Она нас потом никогда не простит.

От маминых слов к горлу подкатил ком, а глаза защипало от слез.

— Мы согласны, — твердо заключил папа. – А о желании Марьяны можно не спрашивать. Она приложила столько усилий, чтобы поступить. Конечно, мы не станем возражать.

Марго давно уже прекратила возиться с котлетой и теперь сидела молча с каменным лицом. Я отвернулась, чтобы не смотреть на сестру.