Книга Итак, я стала ведьмой, страница 59 – Алёна Соловьёва

— Господин Фокст, а сколько времени понадобиться, чтобы восстановить ваш резерв?

Опекун впал в задумчивость, словно прислушиваясь к каким-то только ему одному известным ощущениям. Наконец, спустя пару минут ответил:

— Чтобы быть полностью готовым к любым непредвиденным ситуациям, мне потребуется ровно двенадцать часов.

— Ровно двенадцать? Вы абсолютно уверены? – с довольнойулыбкой спросила я.

— Да, я точно уверен, только вот не понимаю твоего веселья по этому поводу, мадмуазель.

— А как давно сообщили французской стороне, что мы едем вступать в наследство?

— Два дня назад, эту информацию не афишировали, — отмахнулся Фокст. — Не понимаю, к чему ты клонишь?!

— Просто мне пришло в голову, если французы не слишком довольны, что мы претендуем на их наследие, то им могло понадобиться позлить вас и зачем-то задержать на эти двенадцать часов.

Фокст внимательно посмотрел на меня:

— А ты не так глупа и наивна, как может показаться на первый взгляд…

— Буду считать это комплиментом.

— Я был так зол, что совсем не подумал об этом, — с умным видом произнес опекун.

Но я видела — его смутила эта ситуация, в особенности то, что он ее не предвидел. Нужно было как-то разрядить обстановку:

— Люблю фильмы про адвокатов, а они постоянно придумывают какие-нибудь гадости, чтобы задержать свидетелей.

— Тогда мы поспешим на место преступления, — осклабился Фокст. — Ты не против провести ночь в машине?

— Нет, месье, — улыбнулась я. — Но только в том случае, если вы меня покормите чем-нибудь, кроме бутербродов.

Мы прибыли в Ренн в районе пяти вечера, и еле успели взять напрокат машину. Фокст долго приглядывался к авто, а потом сконцентрировал взгляд на владельце салона проката. Я почувствовала легкую волну энергии, исходящую от опекуна, после которой пузатый лысеющий француз подвел нас к ничему не примечательному зеленому «рено». По сравнению с некоторыми из представленных машин, эта казалась совсем неказистой и даже слегка потрепанной, однако Фокст вознамерился взять именно ее. В ответ на мой недоуменный взгляд опекун пояснил:

— Я проглядел его мысли. Эта машина самая надежная из всех. На остальных только по городу кататься.

Ренн вызвал во мне противоречивые чувства. Жилые многоэтажки соседствовали здесь с кукольными старинными домиками, широкие проспекты — с узкими мощеными улочками, громадные офисные здания со стеклянными панорамами примыкали к увитым цветами дворцам. Весь город был укутан зеленью и «заставлен» фонтанами. Чистый, ухоженный и какой-то даже тихий, Ренн производил приятное впечатление. И я пообещала себе, что как только появится возможность, приеду отдыхать сюда с родителями и Марго. Сейчас же мыторопились.

— Ты не против пиццы? Есть тут одно заведение на окраине. Его владелец один из наших. Можно сказать, мой старый приятель.

Мне было все равно. Просто хотелось остановиться хоть на пару часов. Но понимала, что такой роскоши у нас не будет, а я так устала от дороги.

— Я люблю пиццу, — ответила я, стараясь, чтобы в моем тоне было больше энтузиазма.

Фоксту это понравилось. Он еле заметно улыбнулся, вероятно, радовался, моему благожелательному настрою и отсутствию споров и истерик. В общем, я и сама смутно понимала, почему злилась на него. Все случившееся было не по вине опекуна. Во многих вопросах он даже шел мне навстречу. Другое дело, что именно на нем я вымещала все свое негодование от бессилия как-то повлиять на ситуацию. Раздражали его манеры и покровительственный тон. Теперь же, проведя вместе практически целый день, я начала привыкать к его странностям. А вежливое обращение делало опекуна сговорчивее.