Книга Семь безликих святых, страница 88 – М. К. Лобб

– Доброе утро.

Офицер нахмурился, на его лице отразилось замешательство: он безуспешно пытался вспомнить ее лицо. Однако в конце концов явно убежденный ее формой, поприветствовал Роз в ответ.

Она завернула за угол и остановилась перед второй дверью слева. Окинула взглядом коридор, убедилась, что никто не услышит неизбежный щелчок замка, и вставила ключ. Она сама создавала такие ключи – те, которые отпирали даже магические замки́, – но их изготовление не было распространенным явлением. Это было запрещено.

Дверь отворилась.

В кабинете главного магистрата было темно, окна зашторены. Роз отдернула занавеску, чтобы впустить внутрь утренний свет. Он залил помещение спокойным оранжевым сиянием, создавая впечатление, будто комната охвачена огнем. Она оглядела книжные стеллажи высотой до потолка,которые явно служили украшением, – все покрывал тонкий слой пыли – и провела пальцем по корешку книги.

Напротив шкафов располагались два огромных кресла и кофейный столик на львиных лапах. На нем лежал фолиант под названием «История насилия посредством управления объемом производства»– Роз разглядела его, когда шла к письменному столу. По всей рабочей поверхности были разбросаны документы, которые она быстро просмотрела. В основном в бумагах содержалась информация об объемах военного импорта. В одном из документов был приведен список имен, принадлежавший, как предположила Роз, погибшим на фронте.

Были здесь и письма, но многие из них показались ей обыденными и неважными: «Благодарю вас за щедрый вклад в военную экономику… Отправка боеприпасов уже началась… Выставленный счет прилагается…»

Далее следовали более удручающие послания, которые еще предстояло запечатать и отправить: «С тяжелым сердцем вынужден сообщить вам о гибели вашего сына…»

Таких было несколько десятков, и каждое имя больно ударяло Роз в грудь. Ведь для всех, кто участвовал в войне, не могло быть счастливого конца. Дезертирство – тебя выслеживают и убивают. Смерть в бою – твоей семье присылают эмоционально холодное стандартное письмо. Лучший исход – ты выживаешь и проводишь всю оставшуюся жизнь, задыхаясь от воспоминаний.

«Как Дамиан», – подсказал мозг, но Роз быстро отмела эту мысль. Она не испытывала сочувствия к Дамиану: его, как генеральского сына, досрочно уволили в запас и назначили на должность, для которой едва годился. Он стал одним из счастливчиков. Жил в позолоченном Палаццо, в то время как люди продолжали сражаться и погибать на безжалостном холоде и в северной грязи.

Роз отложила список и выдвинула один из ящиков. Внутри оказалось одно-единственное письмо – без печати и штампа. Она бегло проглядела текст и обнаружила внизу подпись Баттисты Вентури. Видимо, из-за того, что работать приходилось в непосредственной близости, вся корреспонденция между двумя людьми доставлялась посыльным лично в руки. Роз не удержалась и стала читать дальше:

«Я так же разочарован в Дамиане, как и вы. Заверил его, что пытаюсь делать все возможное, чтобы его не отправили обратно на войну, но, честно говоря, предпочел бы заняться расследованием сам. А до тех пор могу оказывать ему поддержку. Согласен, что пребывание на севере еще какое-то время могло бы немного закалить его. На самом деле, я договорился, чтобы его перевезли вместе с подкреплением в конце недели. В случае если остаток года он переживет, я попрошу следующей зимой восстановить его в должности стражника Палаццо. Должен признать, даже я сам удивлен, что мой собственный сын оказался таким мягкотелым, однако время все исправить еще есть».