Книга Спасти дракона, страница 59 – Александра Гусарова

Успокоившись, что все страшное позади, что он порозовел и стал дышать более глубоко и равномерно, Эвка озаботилась и своей судьбой. Ходить с отрубленной головой ей совсем не хотелось. Не хотелось и проверять, шутил фон Эйтман или говорил это для острастки подчиненных.

Девушка замерла в ожидании, коротко бросив:

— Ганс, я все закончила! — с облегчением затянула застежку комбинезона до конца, словно до этого к ней не прикасалась.

Он кивнул и присоединился к ней, присев рядом с раненым на корточки. Рихард же завозился, невнятно что-то пробормотал. Эвке показалось, что он сказал: «Я нашел свою риани». Она же решила, что это бред больного. Слово «риани» было ей незнакомо. Потом по его телу пробежалкрупная дрожь и он открыл глаза. Застонав, присел, опершись на камень и уточнил:

— Что это сейчас было?

— Ваша светлость сильно столкнулись с саблезубым тигром. Он сшиб вас с ног, и вы на какое-то мгновение потеряли сознание, — Ганс соврал, не моргнув газом. Эвка с благодарностью посмотрела на мужчину и кивнула в знак согласия с его словами.

Рихард тряхнул головой, желая проверить ее сохранность, повел плечами и, убедившись, что все в порядке встал на ноги со словами:

— Чего сидим? Скоро день закончится. А нам еще идти и идти!

Тропинка снова запетляла между деревьев. Рихард сейчас шел первым по волчьему принципу. У серых хищников в стае первыми идут старые и больные, в середине самки с детенышами, а замыкают стаю самые сильные самцы. Он, конечно, посопротивлялся, но в этот раз Роттенберг настоял, аргументируя такое решение тем, что тер провел несколько долгих минут без сознания. И кто знает, вдруг обморок настигнет его вновь, а они этого даже не заметят. И хотя Рихарду такие рассуждения не понравились, он был вынужден согласиться. Контраргументов у мужчины не нашлось.

Эвкин взгляд приходился где-то ему между лопаток, упираясь в рюкзак, висящий за спиной. Кожа равграха обтягивала мужскую фигуру плотно, практически не оставляя простора для фантазии. Разве что интимные места, что у мужчин, что и у женщин были покрыты двойным слоем, поэтому в подробностях все же не вырисовывались.

Что греха таить, она шла и любовалась широкими плечами, на которые падали длинные черные волосы. Ленту, стягивающую их в хвост, Рихард потерял в пылу битвы. Искать ее никто не стал. Поэтому прическа представляла сейчас полный художественный беспорядок. Плечи суживались к тонкой талии, чтобы перейти в крепкий зад.

В ее родной Рите уличные мальчишки бывало кричали в след какой-нибудь девице, одевшей слишком обтягивающее платье:

Эта попа как орех,

Так и просится на грех.

Грешить с тером фон Эйтманом она ни в коей мере не собиралась. Но украдкой позволяла себе любоваться. Его упругий широкий шаг не позволял даже вспомнить, что полчаса назад он лежал почти бездыханный, истекая кровью. Регенерация у мужчины была просто фантастической. Так и начнешь в легенды верить. Тем более, если вспомнить эту странную полосу из чешуи. Она прямо стояла у нее перед глазами, манясвоими сине-зелеными переливами. Что обидно, и не поделишься ни с кем! Она, наверное, могла бы рассказать о происшествии верной Мавке. Годы дружбы доказали, что тайны фон Эглессе может хранить надежно. Только где сейчас Мавритания, а где она?

Вдруг Рихард затормозил. Девушка чуть не впечаталась в него носом. А он лишь повернул голову вполоборота и отдал команду командирским тоном: