Книга Муж для непокорной и мама в придачу, страница 56 – Наталья ДеСави

* * *

Из отражения на меня смотрело чучело. Точно такое я видела на полях, через которые мы шли, пробираясь к границе. Толстые щеки, ярко намалеванные свеклой, нос оранжевой морковкой и взъерошенная солома на голове. Да, именно так я и выглядела.

— Это ужасно! — Отбросила я от себя зеркало. — Не смотри на меня!

— Почему? — Дол откровенно веселился. — Ты мне и такая нравишься.

— Не могу я такой нравиться! — протянула я, залезая поглубже под одеяло.

Матрас рядом со мной прогнулся, и над ухом раздалось тихое:

— Все равно нравишься. Готов подавать платки и поить отваром тебя вечно.

Я замерла, прислушиваясь к своим ощущениям. Мне нравилось, что его не отпугивало мое состояние и в особенности мой вид. Но это же и напрягало. Не привыкла я к тому, что при ком-то можно быть растекшимся сопливым кисельком. Всегда стройная, подтянутая и при параде. Именно так папа любил, чтобы выглядела мама. Пока еще была жива. А сейчас кто-то относится ко мне даже нежнее, чем она. Удивительно, но мне это нравилось.

— Хочешь, чтобы я всегда была в таком состоянии?

— Мне, конечно, нравится, что ты не пытаешься никуда убежать, но твой бойкий настрой мне нравится больше. Давай-ка, вылезай, нужно выпить еще отвара.

Нехотя я вылезла из-под одеяла и взглянула на ополовиненный графин.

— Еще так много осталось?

Дол приложил руку к моему лбу и взялся за стакан.

— Я взял с запасом. Думаю, это будет последний стакан. — Он протянул мне вонючую жидкость и погрозил пальцем. — Если обещаешь, что сразу ляжешь спать.

Отказываться я не собиралась. Особенно если мне обещали, что эту гадость я буду пить в последнийраз. Зажав нос, я залпом опрокинула в себя отвар. Отрава знатная! Но после нее мне, действительно, становилось намного лучше. Я быстро юркнула под одеяло. Дол лег рядом, поверх одеяла и облокотился локтем на подушку.

— Ты меня разглядываешь, — процедила я из-под одеяла.

— Угу.

— Перестань.

— Не собираюсь.

— Лучше сходи и попробуй выкрасть наш договор. Счет идет на часы.

— Если уйду, ты тут же вскочишь с кровати. Я же вижу, что отвар начал действовать. Ты не просила платок уже целых пять минут.

Я шмыгнула носом и почувствовала, что он прав, и насморк почти пропал, осталась лишь небольшая заложенность.

— Так и будешь лежать рядом? Это издевательство какое-то.

— Ну, я же твой муж. — Даже в голосе слышалось довольное нахальство. — Ты должна спать, а я должен это проконтролировать.

Мы замолчали. Говорить было нечего, меня клонило в сон, а под теплым одеялом и без жуткого насморка, я и вовсе размякла, поэтому выдала неожиданно для самой себя.

— Обними меня.

Его рука легла сверху, подтянула меня к себе и прижала. Спину обдало приятным жаром, все-таки волки теплокровные, не то что горгульи. Я чуть поерзала, устраиваясь поудобнее, и сама прижала его руку к себе. Закрыла глаза и не заметила, как провалилась в сон.

Проснулась я оттого, что в комнате стало холодно. Открыв глаза, сразу погрузилась в полную темноту. Камин погас, теплота тела Дола исчезла. Я повернулась и обнаружила, что его рядом нет. Нехорошее предчувствие кольнуло сердце. Он ушел. Судя по погасшему камину, давно. Что могло его увести и задержать настолько долго?

Я села и в первую очередь проверила свое состояние. Тело ломать перестало, из носа не текло, а горло пусть плохо, но довольно сносно могло выдавать звуки и поглощать пищу. Вспомнив о еде, мой живот призывно заурчал. Посидев еще немного под одеялом, я окончательно убедилась, что Дол так и не вернется. В темноте я видела хорошо, поэтому потянулась к столу, где так и стояли стаканы и миски с моими лекарствами. На запах безошибочно отделив отвар и чай с малиной, взяла последний. Он уже знатно остыл, но пить все равно хотелось. Холодная вода больно прошлась по еще нездоровому горлу. Я поморщилась, но допила до конца. Почувствовав прилив сил, осторожно спустила ноги с кровати. Пальцы коснулись ледяного пола, и ябыстро юркнула обратно. Почему у волков не принято носить тапочки? В соборе всегда царил холод, мрак и влажность, так что мягкие и пушистые тапочки — это первое, что одевалось каждым при входе в дом.