Книга Поезд-призрак, страница 28 – Наталья ДеСави

Оторвавшись от сладостных воспоминаний о вишневых пирожных, мальчишка посмотрел в глаза дедушке. В них была пустота. Пустота, которую не заполнить и не вернуть. Мальчик смущенно отвел взгляд и стал оглядываться по сторонам. В углу стояло кресло, покрытое ажурным пледом, которое связала бабушка. На камине были статуэтки разных мастей, привезенные из разных стран и много-много ракушек, в которых все еще можнобыло услышать море.

А на комоде стояла ее фотография. Улыбающаяся девушка с искрами счастья в глазах. Что-то кольнуло в глаз мальчика, и он все-таки смог пересилить себя и посмотрел на деда.

– Я буду приходить к тебе. И приносить вишневые пирожные. И не дам родителям продать твой дом. И обещаю. Обещаю приезжать в домик на море.

Дедушка улыбнулся, и в глазах его потеплело.

– Возьми эти ракушки. В них ты всегда сможешь услышать наши голоса. Я иногда слушаю их. И знаешь, слышу голос твоей бабушки.

Мальчик взял ракушки, аккуратно сунул их за пазуху и взял ручку сундука.

– Надо идти.

– Надо, малыш, надо. – сказал дедушка, вынимая из рамки фотографию смеющихся парня и девушки. – Такси уже ждет.

Взявшись за ручку своего чемодана, дедушка сделал шаг к двери, но вдруг его обхватили маленькие ручки и сильно сжали.

– Дедушка, я буду к тебе приходить. А ты будешь рассказывать мне, как бабушка сажала азалии и как вы слушали море. И принесу тебе вишневые пирожные, и мы будем пить с ними чай в саду. Обязательно будем.

Такси быстро увозила старика прочь от всего того, что так было ему дорого, и что он еще долго будет хранить в своей памяти. А на крыльце стоял мальчика, крепко прижимая ракушку к груди. Рыжие пряди его развивались, и он был похож на маленькое солнышко, которое только-только начало разгораться, но уже знает, зачем и кому будет дарить свое тепло.

Хлоя всегда помогала своей тёте. Полить цветы, прополоть огород. Ей это было не сложно.

Но сегодня что-то было не так. Уже открывая калитку, Хлоя заметила разбитого гнома, протоптанные цветы и приоткрытую дверь дома.

Осторожно войдя внутрь, позвала тётю, но ответом была полная тишина. В кухне она не нашла ничего, что указывало бы на опасность. Те же чашки на столе, посуда в раковине. Тёте было тяжело мыть посуду, и она оставляла ее для Хлои.

Поднявшись на второй этаж и зайдя в комнату тёти, перед ней открылась странная картина. На полу среди вороха старых фотографий сидела тётя Алиса, держа в руках потрепанную черно белую фотографию.

Тихонько присев рядом, она разглядела человека, изображённого на фото. Это был молодой темноволосый мужчина в военной форме и высоких сапогах, которые носили ещё в прошлом веке. Его взгляд отражал и мужество, и глубочайшую нежность, которая вся была направлена на юную девушку, сидящую рядом с ним.

– Это Роджер. В 43-м он ушел на войну и не вернулся. – без вопросов начала рассказывать тетушка. – Я даже попрощаться не успела. Он не хотел видеть моих слез, поэтому ушел на фронт, когда меня не было дома. Оставила только записку, что должен уйти.

Тетя прижала к себе фотографию и ее плечи затряслись от боли воспоминаний. Когда она успокоилась, отстранив фотографию, передала большой конверт Хлое. Он был аккуратно расклеен, как делали раньше, а не порван, как делала сама Хлоя.

– Вот это… я получила сегодня утром.