Книга Титан и Титанида, страница 85 – Anne Dar

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сразу установить, что кое-что меня уже на данном этапе отличает от прочих Металлов: перемена цвета радужек глаз. Тристан говорил, что пока он открывался передо мной в своих деяниях и мыслях, мои глаза будто сияли чёрным оттенком металла… У меня уже давно закралось подозрение, которое после этого замечания лишь окрепло: очень может статься, что цвет моих глаз зависит от моего настроения. И это может быть связано с моим “основным” даром или с одним из моих “основных” даров – о втором варианте, наиболееприближённом к правде, я задумаюсь ещё не скоро. Ближайшее время буду думать, что первое может и не быть связано со вторым – может оказаться лишь дополнительной опцией, которая уже на данном этапе меня не особенно радует. Я привыкла мастерски скрывать свои эмоциональные состояния – один из моих сильнейших навыков, – и тот факт, что мои глаза могут выдавать меня столь элементарным образом, в обход моего сдержанного языка и моей хладнокровной мимики, меня совершенно не воодушевляет. Пока что я не высказала вслух своего умозаключения относительно причинно-следственной связи в поведении моих глаз, но если так продолжится, думаю, со временем не одна я пойму эту незамысловатую схему: злюсь – чёрные глаза; радуюсь – серебристые; новая эмоция – новый оттенок радужек. Проще пареной репы. И это ужасно. Быть открытой книгой – не моё. Впрочем, любой дар даруется неспроста. Открою свой “основной” дар, узнаю, каким образом с ним могут быть связаны цвета моих глаз.

Вообще, дары – не то, что может удивить Металла. Чем-чем, а дарами мы не обделены. Способность видеть в кромешной тьме, преодолевать расстояния со скоростью ветра, за считанные секунды регенерировать свои физические повреждения любой степени тяжести, находиться в застывшем состоянии молодости, с лёгкостью переносить экстремальные температуры и в принципе любые экстремальные условия, пользоваться звериной ловкостью, если желать – слышать на расстоянии десятков метров бой постороннего сердца, задерживать дыхание и, вероятно, даже впадать в анабиоз, пользоваться возможностями своего мозга на сто десять процентов и даже полностью восстанавливать утраченные части тела, а также жить с отсутствием потребности в питании и сне, и самое потрясающее – трансмутация, то есть возможность обращения любых предметов в метал своей масти… Всё это общие металлические дары, доступные всем Металлам с первых же секунд их металлической жизни, об обладании которыми мы уже даже не задумываемся – принимаем за должное, будто мы такими могущественными родились, а не случайно стали…

Тристан крайне многогранен. Возможно, благодаря этой своей особенности он приобретает любые новые навыки ловчее, нежели остальные Металлы: то, что все усваивают за пару-тройку повторений, например, новый язык или технику рукоделия, он схватывает на лету, с первой жесекунды первой пробы. Добромир, Купава и Лада – эмпаты разной степени, так что они тоньше прочих “чувствуют” этот мир: краски и звуки особенно. Данко – король изобретений, на что повлияла его предрасположенность к сосредоточенному, кропотливому труду, способному длиться десятки часов и даже суток напролёт… Пока мы отсутствовали, он сконструировал на широком горном ручье оригинальную водяную мельницу, способную включать режим музыкального ударно-струнного инструмента – человеку можно с ума сойти от гениальности этой конструкции…