Книга Сталь, страница 181 – Anne Dar

Я вздрогнула. Но не от слов старика о страшных предсказаниях, страшно соответствующих происходящей реальности, а от того, что моё периферическое зрение отчётливо уловило движение – рука Тристана, та самая, которая была сжата в кулак, шевельнулась. Я готова была поставить свою жизнь на кон, так непоколебимо я была уверена в том, что именноя увидела всего лишь в короткую долю секунды: его рука дрогнула!!!

– В Вашей постели лежит Блуждающий? – старик мгновенно отреагировал на моё импульсивное телодвижение.

От столь резкого, столь режущего, столь страшного вопроса внутри меня всё похолодело. Я находилась в плохо освещённой комнате в компании дёргающегося трупа и незваного гостя, пугающего меня своим присутствием не меньше, чем конвульсирующий труп. Сама фраза: “В Вашей постели лежит Блуждающий”, – звучит, если к ней внимательно прислушаться, крайне страшно. Настолько, что от неё фонит хоррором даже больше, чем от фразы: “Вас скоро попытаются съесть заживо”.

– Нет, он не Блуждающий, – сжала губы я, не в силах оторвать взгляда от вновь замершей руки трупа.

– Он мёртв?

– Да.

– Но он Вас беспокоит. – Я ничего не ответила. – Можно мне посмотреть на него?

Я хотела ответить категорическим “нет”, но почему-то вместо этого, наблюдая за тем, как старик покидает своё место и начинает приближаться к кровати, аккуратно вытащила из-заремня пистолет и встала на ноги. Я не целилась в него, что было бы показателем категорического протеста. Я просто непрозрачно намекнула ему, что ему не стоит приближаться к той стороне кровати, на которой нахожусь я.

Подойдя к кровати с противоположной мне стороны, этот странный человек совершенно бесстрашно, в отличие от меня, нагнулся прямо к трупу. Теперь, в тёплом свете, отбрасываемом старым напольным торшером, я видела, что мрак не врал – этот мужчина и вправду постарел раньше положенного человеку времени. Скорее всего, это случилось с ним быстро – всего за одни сутки… Неужели и я потеряла сегодня свой истинный возраст? Видно ли теперь по мне, что после произошедшего с Тристаном я жива лишь на четверть?..

– Он труп, – не дождавшись от старика ни слова в течение той тягостной минуты, в которую он с вниманием рассматривал тело, я наконец выдавила болезненные слова, всё время ожидания режущие моё горло.

– Определённо точно, – уверенно кивнул тот, кто представился мне доктором, входящим в десятку лучших хирургов этой страны. От столь безапелляционно утверждённого вердикта со стороны, мне вдруг стало ещё хуже: уж лучше бы никто кроме меня не произносил подобных слов вслух и даже не думал их.

– Но… – я вновь сглотнула ком, периодически встающий поперёк моего горла, как ненужное напоминание о моей и без того очевидной беспомощности. – Мне кажется, что он дёргает правой рукой.

– Как он умер? – поинтересовался истинно докторским голосом старик.

– Его укусила Блуждающая… А потом я проткнула его сердце…

– Зачем Вы это сделали?

Мой взгляд стал метаться между собеседником и журнальным столом, за которым он только что сидел, и под которым я оставила русское наследство.

– Идите со мной, – без жеста, могущего означать угрозу, я взмахнула рукой, в которой держала пистолет, после чего мы одновременно двинулись в сторону журнального стола. – Вот, – наконец вытащив заламинированную инструкцию вместе со слитком, я положила их на стол.