Книга Холод и тьма Порубежья, страница 37 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

Элеонора выразительно прищурилась и перевела взгляд с Остапия на девушек.

– Итак, – девушка нахмурилась. – К какому единогласному выводу мы пришли? – задала она вопрос, став похожей на капитана-поручика.

– Переодевать! Немедля! – ответила за всех Серфима. – Господа, вы же нам поможете с мужскими платьями? – наконец-то и мы удосужились внимания коллектива.

– И почему это высами до сих пор не переоделись? – вставила реплику мелкая княгиня. – Мы-то думали, что вы там готовитесь за занавеской? – развела она руками с некоторым недовольством. – Ну, да ладно, ещё успеете, – Элеонора быстро оттаяла. – Ну, а сейчас просим вас, помогите подобрать что-нибудь подходящее и не такое поношенное господину Сивому, – озадачила она нас с Эдом и Михаилом.

Спорить с девчатами никто не посмел, и парни задумались, кто, теребя маковку, а кто, подперев подбородок. Через пару мгновений их озарило, и они направились к своим вещам производить досмотр и подыскивать требуемое.

Я тоже прикинул, чем могу помочь в преображении Сивого.

Конечно же, есть у меня форма своя, камуфляжного покроя, которая припасена для военных действий, да и костюм, вроде, есть запасной…

Ну, вот и выделю его. Сивый, вроде, не здоровенных форм будет, в отличие от своего напарничка Барри. Авось и подойдёт что-нибудь. А где это всё? Так, у Братана в стойле припрятано.

– Девушки, я скорёхонько обернусь! Одна нога тут, вторая тоже тут! – предупредил я заботливых подруг и, накинув тулуп, выскочил в тамбур.

Пробежав по переходу в конный вагон, я встретил конюха, занятого раздачей корма своим подопечным и выглядевшего как-то уж понуро. Я глянул на заготовленные порции для боевых коней и невольно ужаснулся, когда сено пахнула откровенной гнильцой.

– Ты сдурел? – выпалил я. – Потравить хочешь боевых коней, или это откровенная диверсия? – я вперил в его переносицу гневный взгляд.

Не дожидаясь ответа, я выбил из рук лошадиное угощеньице, отраву конкретную, если правильно сказать, и моментально бросился к стойлу Братана. Добежав, я облегчённо выдохнул, обнаружив в его кормушке порцию свежего овса.

– Барин, господин? – испуганно и неуверенно залепетал конюх. – Дык, я ещё отобрал самое сухое, прежде чем кормёжку-то устраивать, – начал он виновато оправдываться. – А чего поделать-то, – он развёл руками. – Обеспечение на себя-то, дык токма вы, господин, и взяли, а остальныя довольствие получают из продуктов, что закупщики доставляют, – добавил он.

Я, конечно, не ахти какой знаток по части лошадей, однако уверен, что таким сеном кормить коней смертельно опасно. Меня насторожил факт бесконтрольного отношения командования к запасам питания животных. Что-то мне такой вот раскладсовсем уж не нравится.

– Сколько там моего осталось? – уточнил я, продолжая морщить лоб и обдумывать ситуацию.

– Поди ж ты, пару мешков отборнейшего овса…

– Разделяй между всеми, – отдал я команду, забирая свои вещи. – А мы что, уже встали? – я заметил отсутствие покачивания вагона, характерного для движущегося состава.

– Дык, это… – обрадованный корму конюх кивнул. – Станция это.

– Ну, ладно, – я вспомнил, что тороплюсь. – Стоять-то долго будем? – уточнил я у самого выхода.

– А кто ж его точно-то обскажет? – пожал плечами конюх.

Возвращаясь в свой вагон, я обдумывал иронию ситуации.