Книга Холод и тьма Порубежья, страница 70 – Юрий Москаленко, Александр Нагорный

Виолетта наполнила и свой фужер. Мы чокнулись и выпили, не забыв закусить. Я воззрился на хозяйку, в душе ожидая шокирующих подробностей, но прежде, чем начать своё повествование, Виолетта создала микс из икры прямо в ложке.

Зачерпнув по солидной порции красных и чёрных икринок, она отправила полученное содержимое прямо в мой рот, и только тогда откинулась на спинку, создавая дополнительную интригу.

– Вы же помните, как предупредили меня о появлении ваших друзей? – начала она рассказ с уточняющего вопроса ко мне.

– Конечно! – не соврал я, так как этот момент прекрасно помню. – Но не хотите ли вы сказать, уважаемая Виолетта, что мои друзья появились так скоро? – деланно удивился я и самолично разлил нам спиртного.

– Ну… – она покачала ладонью в воздухе, изобразив что-то невнятное, типа, да и нет.

Я подалей фужер и сам откинулся на спинку, приблизившись к ней, для удобства общения. Девушка положила свободную руку мне на бедро и легонько сжала, передавая импульс спокойствия и необоснованности предчувствия какого-то скандала.

Мне ничего не осталось, кроме как принять её положительной настрой и слегка умерить свой пыл предвкушения расправы над двумя оболтусами.

– Я жду интереснейшего рассказа, – приободрил я девушку.

– Да, они появились, – довела она до меня уже очевидное. – Правда, я в толк не возьму, почему они тут оказались, – она изобразила неуверенность в выражении. – Я же помню, что все двери закрывала, – добавила Виолетта и поставила пустой фужер на стол. – Но это неважно, так как оба господина нам понравились, по-своему, конечно. Я никогда не думала, что в своей жизни встречу горного отшельника с молотом и секирой, и в начищенных доспехах боевого мага подземного мира, – убила она меня продолжением. – Однако, второй господин произвёл впечатление молчуна, и очень голодного человека, – это она явно про Чукчу. – Всё время сидел в плаще, и скрывал своё лицо… Ах! – посетовала она и деланно всплеснула рукой. – Но зато аппетит у него какой! – восхитилась хозяйка. – Позавидовать можно!

Я точно опознал и Чукчу и Калигулу, однако информация о его наряде праздничном меня реально удивила. Он кто вообще такой? Или это маскировка у дедушки такая?

– И что же произошло? – поторопил я хозяйку, сочтя вступление затянувшимся.

– П-ф! Да всё как обычно, – она пожала плечами, имея ввиду что-то ежедневно случающееся в её жизни.

– И всё же? – проявил я настойчивость и чуть приобнял потупившуюся в столешницу собеседницу. – Я же не здешний, – высказал я весомый аргумент своего интереса. – не знаком с бытом местного населения Порубежья!

Девушка вздохнула, налила себе рюмку крепчайшего и одним махом осушила её. Затем она отломила немного сдобы, и просто занюхала им выпитое, словно не девушка, а мужик.

– По заведённому и привычному для нас обыкновению, – начала она с печалью в томных глазах. – В двери снаружи стали ломиться скучающие вольники, нищебродие местное, расквартированное на постой, – поделилась она обыденным событием. – Они давно прогуляли всё в тавернах и харчевнях города, а теперь вспоминают о девушках, стоящих непозволительно дорого, – продолжилаона чуть веселее. – Они стали стучать и кричать неистово, ругаться оскорбительно некрасиво, э-эх… – она вздохнула и снова наполнила нашу посуду игристы. – Уподобились невоспитанным крестьянам, да умалишённым в пьяном угаре. Ваши друзья, э-эм, – она приложила кокетливо пальчик к губкам. – М-да, они вдруг услышали сиё непотребство, и очень, ну, очень расстроились! Можно сказать, что господа испытали крайнее недовольство произошедшим, и пошли принимать соответствующие меры… Хи-их, – она прыснула в кулачок. – Выпьем, господин Феликс? – Виолетта подняла вверх фужер.