Онлайн книга «Холод и тьма Порубежья»
|
– А то? – я и сам давно созрел до игристого, так как смог представить себе меры Элементаля с Фамильяром, которые они приняли для наведения порядка. Кабзда нарушителям… В моей голове возникло реалистичное предположение… Мы выпили, и я приготовился слушать историю дальше, подбодрив хозяйку красноречивым взглядом человека, вопрошающего о пикантных подробностях происшествия. – Вы же помните, господин Феликс, что мы слегка задержались с икрой, – вновь прозвучал уточняющий вопрос от хозяйки. – Было что-то такое, – я не стал сознаваться, что не помню ничего из происходящего после посещения парилки. – Д-да… Естественно помню! – Э-ээ… – она покачала головой. – Это мы не просто так задержались, – выражение её лица наполнились грустью, но озорство в глазах выдало её радость. – Мы с мастерицами забеспокоились долгой отлучкой ваших друзей, ведь икру мне доставили и занесли всё с чёрного хода, что под городом проходит и под домами на соседнюю улицу, – пояснила Виолетта, выразив мне доверие и не боясь раскрыть для меня некоторые свои секреты. – И мы отправились к главному входу. Оделись по-быстрому, ведь на улице стужа несусветная и, поднявшись в приёмную комнату, вышли в открытые настежь двери. Где такое увидели! – она прикрыло лицо ладошками. – Ой! – Ну же, Виолеточка, ласковая хозяюшка, что там такое? – я мысленно озадачился несколькими комплектами свечек, которые придётся ставить светлым богам за упокой безвременно почивших бедолаг. – Там – ступени крыльца парадного входа! – озадачила она меня неправильностью продолжения. Я удивился, ведь рассчитывал услышать подробности кровавой расправы… – Мраморное крыльцо из чёрных и светлых сортов сделанное, – продолжила хозяйка восхищаться. – Великолепного,искусного тёса мастеров, старателей и работы великих архитекторов, коих и не сыскать, поди ж ты, на просторах великой Империи. Да и улочка вымощена в обе стороны в аккурат перед зданием, э-ээ, – тут она покосилась на меня, чуть склонив голову. – Вы разве не давали такую команду? – Давал, – ляпнул я автоматом, так как о другом голова болит. – А что там с дебоширами-то? – напомнил я о причине их выхода из здания. – П-ф-ф! Да ну вас, господин Феликс! Всё с ними нормально, – отмахнулась Виолетта, всплеснув руками и затем осушила фужер. – Выпейте! Я послушался, исполнив её наказ словно сомнамбула, занятый сбором мыслей в кучу. Ничего не понимаю из её повествования! Ё-моё! Я вдруг отчётливо вспомнил, что мы с Родионом ввалились в двери одноэтажного деревянного дома, стоящего на окраинной улице города… – Торчат себе в камне, ногами дрыгают и орут из-под земли, супостаты наказанные, – продолжила Виолетта голосом безразличия. – Помощь зовут, да и молят о прощении. Ну вот и поделом им, невоспитанным сквернословам. А дом мой – весь каменный, и в два этажа вдруг стал, – добавила она с восхищением в интонации. – Надпись имеется с названием, с таким же гербом, как на махор… Михеров… Тьфу-ты, вот говорил же ваш друг название материала заморского… – Махрового… – подсказал я отрешённым голосом. – Да, из него, – она погладила своё одеяние и посмотрела на меня с благодарностью. – И с таким вот, гербом и надписью, – она дотронулась до груди. – Угу… – я так и продолжаю сидеть озадаченно. – Ну, собственно, там дальше на улице-то начал народ собираться, – сказала обидчиво Виолетта. – Ваши друзья внутрь забежали, а я ещё раз фасад осмотрела. Красивый такой, столичного качества… – она погрустнела. – Ну и мы заперлись. Да и никто не ломился к нам больше. Даже Жандармы с патрулями не беспокоили ни капельки… А здание моё… |