Книга Новая надежда, страница 23 – Александра Плен

— Мы так и будем здесь бесполезно торчать? — задала я вопрос, ставя пустую тарелку на стойку робота-уборщика. Лучше бы я скачала новые книги на планшет или поработала над дипломом.

— До торта побудем, — улыбнулась Настя, отвлекаясь от разговора с Димкой, — потом улизнем.

Я вздохнула и отправилась в туалет. Аня, проводя экскурсию по секции, сказала, что общих туалетов здесь нет. Но Красницкий и его друзья открыли свои комнаты для желающих. Она показала, где живет, и где находятся санузлы. В коридоре, сразу у входа.

— Планировка у всех одинаковая, — добавила она, — не промахнетесь.

Апартаменты Ани и Вадима находились ближе к выходу. Я повернула в общий коридор и побрела вдоль развешанных картин, останавливаясь, чтобы рассмотреть полотна. С ума сойти! Все они были подлинниками. Не то чтобы я увлекалась живописью. Несколько раз ходила с Костей в Третьяковскую галерею, но скорее с общеобразовательной целью, чем по велению души.

Вдруг услышала раздражённое:

— Отстань! Сколько можно нудить!

Голос Северинова. Черт, он сейчас за одной из этих дверей? Как неудобно. Я в панике огляделась. Двести семь, двести шесть… Номер Красницких был двести двадцать.

— Ну, Максик, — капризно пропела какая-то девушка. Меня передернуло от «Максика», сказанного манерным протяжным тоном. — Почему ты разозлился? Из-за той девчонки? Она же в комбинезоне…

Какой еще девчонки? И при чем здесь комбинезон? Я даже немного задержалась в коридоре, чтобы услышать продолжение. Но вдруг раздался грохот хлопнувшей двери, и следом в меня буквально врезался Макс.

— Что ты здесь делаешь? — удивился он.

— Туалет ищу, — я так растерялась, что и не подумала придумать более изящную причину.

Северинов подошелк двери с номером двести восемь и распахнул ее.

— Это мои комнаты, заходи.

И, видя мою нерешительность, схватил меня за руку и буквально втолкнул внутрь.

— Не бойся, не съем, — бросил раздраженно и захлопнул за мной дверь.

Не знаю, чего я ожидала увидеть — золотой унитаз или фарфоровую ванну на изогнутых ножках? Но санузел мажоров почти ничем не отличался от нашего. Скромная душевая кабина, вполне обычный унитаз из высокопрочного пластика. Единственное различие — он находился в личных апартаментах.

Выйдя, я обнаружила у входной двери Северинова, подпирающего стену. Он что, до сих пор ждал меня? Зачем? Боялся, что я пойду осматривать его жилище?

Опустив глаза, я попыталась прошмыгнуть мимо.

— Посмотри на меня, — вдруг произнес он.

То ли еще не прошло раздражение, вызванное той девицей, то ли сегодня его уже раздраконили раньше, но голос Макса по-прежнему был злой и грубый.

Я остановилась, подняла голову и окинула парня быстрым взглядом с головы до ног. Льняная рубашка стального цвета, узкие вытертые джинсы, брендовые кроссовки. На запястье серебряный браслет в виде грубо собранных звеньев цепи. Что еще пропустила? Ах да, растрепанные волосы и хмурый взгляд.

— Все? Могу идти? — поинтересовалась насмешливо. И не дожидаясь ответа, шагнула в сторону выхода.

— Нет, — Северинов схватил меня за предплечья и прижал к стене.

Я возмущенно вскинулась:

— Чего тебе?

— Посмотри на меня! — повторил он зло, повышая голос.

Выражение его лица пугало. Не в первый раз у меня мелькала мысль, что парень немного безумен. Какой нормальный обольет другого водой или десять раз потребует поменять кофе — пенка ему, видите ли, не нравится как лежит… А сумасшедшим, как известно, лучше не перечить. Я тяжело вздохнула и уставилась ему в глаза. Видимо, не так, как хотел он. Его ноздри расширились, как у быка на арене, в глазах заклубился гнев.