Книга Ведьмы пленных не берут, страница 109 – Наталья Маслова

Он рассмеялся, тихо и счастливо. В этом смехе, в треске огня, в тихом присутствии Стражей за стенами была наша первая, зыбкая, но невероятно прочная победа. Мы отстояли своё право быть здесь. А всё остальное… Всё остальное мы сделаем уже вместе.

За окном давно стемнело. Туман клубился во дворе, но не смел переступить порог. «Уютный тупичок» засыпал. На этот раз его сон был не смертельным забытьём, а мирным отдыхом. В раритетном кресле посапывал у камина уставший, но счастливый эльфийский бард. Я дремала, прислушиваясь к звукам ночи. В этот поздний час лишь ставшие нашими союзниками Стражи. Впереди нас ждало ещё много работы и неприятностей, но мы не собирались сдаваться на милость наших явных и тайных недоброжелателей.

Утро пришло не с птицами, ведь их здесь не было, а с переменой в самой тишине. Она стала менее напряжённой, более «дневной». Лучи бледного солнца, пробившись сквозь разрывы в вечном тумане, упали на пыльный пол. Они высветили кружево паутины в углах и ту самую каменную фигурку на выступе. Она по-прежнему была тёплой.

Я проснулась первой. Ратиэль ещё дремал, свернувшись в кресле, с лютней на коленях. Лицо его, обычно озабоченное или сосредоточенное, сейчас было безмятежным. Осторожно, чтобы не разбудить, поднялась и подошла к окну. Туман отступил от самых стен, образовав полупрозрачную пелену шагах в десяти от порога. Как будто само место, ободрённое нашим решением, начинало отвоёвывать у болот кусочек пространства.

«Неплохое начало», — подумала и направилась к погребу. — Пора оценивать ресурсы не на одинужин, а на долгую жизнь.

Три крупных, с крапчатой скорлупой яйца лежали аккуратной горкой у порога в погреб. Их явно кто-то принёс ночью. Как и очередную тушку кролика и несколько совсем свежих речных рыбин.

— Благодарю за дар, он поможет нам набраться сил, чтобы привести усадьбу и трактир в подарок, — сказала я вслух, осторожно беря одно яйцо. Оно было тёплым и чисто вымытым. — И спасибо.

Ответом был лёгкий скрежет камня где-то за дверью. Диалог, пусть и странный, был налажен.

Я пустила в ход все травяные составы и бытовые заклинания, чтобы очистить кухонный стол от вековой грязи и полностью восстановить благородный внешний вид дубовой столешницы. Через полчаса на кухонном столе красовалось настоящее богатство: горшок мёда, две самых крепких луковицы, горсть сушёных, но ещё ароматных трав из забытой кухонной шкатулки и… яйца.

Я развела огонь в печи и занялась завтраком. Запах жареных яиц с луком и травами разбудил Ратиэля лучше любого крика. Он потянулся, щурясь на свет, и радостно почти промурлыкал:

— Это уже не выживание, — проворчал он, входя на кухню, где я уже успела навести почти идеальный порядок. — Это посягательство на роскошь.

— Роскошь — это когда есть соль, — парировала я, деля омлет на две части на обломке черепицы, служившем тарелкой. — А у нас пока только остатки старых запасов. Надо как-то наладить поставку продуктов и пополнить кладовые, купить всё необходимое хотя бы для себя на первое время. Что-то можно потом будет перенести из моего старого дома. Но соваться туда неподготовленными к козням Клеймии будет чистой воды безрассудством.

— Мы и не собираемся так глупо рисковать, Габри, — Ратиэль с нежностью посмотрел на меня. Он не стал формировать события, чтобы я не передумала выходить за него замуж, как только мы тут слегка обустроимся и решим самые острые проблемы.