Книга Восьмая наложница, страница 128 – Юлия Буланова

Я про себя усмехнулась. Сомневаюсь, что Джин хоть что-то чувствует по отношению к братьям или сестре. Они были и будут для него чужими. Близость возможна только если дети росли вместе. В остальных случаях это будет лишь имитация родственных отношений.

— А завтра будут смотрины для девушек. И вечером на пиру Император выберет достойнейшую. Сорок — счастливое число. Уверена, ваша новая сестра принесёт Золотому Городу покой и процветание.

А потом бесконечные слова о любви, гармонии и прочей ерунде, которым мы должны были трепетно внимать, сидя на неудобных стульчиках в самых изящных позах.

Да, отвыкла я от такого.

Или это уже возраст?

Возраст…

Сколько же мне лет? На самом деле. Двадцать девять местных.

Это значит тридцать четыре.

Я сейчас на год старше моей матери в день нашей последней встречи. А она мне казалась почти старухой.

Неужели Джин сейчас точно так же смотрит на меня?

Её измотало безденежье,слишком частые роды, общая неудовлетворенность жизнью и побои мужа.

Я выгляжу лучше неё. Наверное. Надеюсь, что лучше.

Хотя, какое это имеет значение? Мне надо думать о сыне, а не собственной внешности.

Лису будет лучше, если его мать займёт полагающееся ей место и будет послушно исполнять свою роль хотя бы какое-то время.

Когда мы чинно вышли из покоев Императрицы, меня окликнуло несколько женщин, но узнала я лишь Инэр. Она была десятой императорской наложницей и матерью двух погибших во младенчестве принцесс.

Мы не дружили, но и не враждовали.

Что ей нужно от меня сейчас? Подтверждение нейтралитета или союз?

В гареме, конечно, каждый сам за себя, но и образование фракций неизбежно. Не все наложницы имеют детей. Не все могут похвастаться вниманием господина. У многих даже шанса забеременеть уже нет. Когда Император тебя себе в покои не приглашает, какие могут быть надежды на рождение принца?

Вот и прибиваются женщины в свиту более удачливой сестры. Нет, они не слуги, а, скорее, фрейлины. Могут выполнять мелкие поручения, развлекать мать наследника песнями или игрой на музыкальных инструментах, читать вслух книги.

У меня, в бытность мою здесь таких «подруг» не было. Жизнь затворницы не способствовала. Но сейчас стоило к дамам присмотреться. Вдруг пригодятся?

— Старшая сестра, мы так рады твоему возвращению, — щебетала Инэр. — Ты же помнишь Лилин и Янлин? А это Миань, Джия и Чень.

Я помнила только двух первых. У Лилин были восьмой и девятый принцы, а у Янлин — седьмой. Остальные — совсем молоденькие. Видимо, появились в гареме уже после моего отъезда.

— Я тоже рада вас видеть.

— Сестра, я бы предложила нам всем пойти в мой дворец и выпить мандаринового чая. Мне прислал его в подарок отец. Сам чай, конечно, не такая уж редкость. Его даже в столичных лавках купить можно. Но его нужно правильно заварить и должным образом подать. Моя служанка это умеет.

Я задумалась. Стоит ли? Я ни к кому и никогда не ходила в гости. И моё согласие может быть воспринято не совсем верно.

— Мой дворец находится прямо по пути к дворцу Белых лилий, — Инэр лучиласьот счастья. — Вы сможете отдохнуть и согреться. А мы послушаем рассказ о пятом принце. Он так вырос. Так вырос. И словами не описать.

— Хорошо, — я сдаюсь под таким напором. Тут принято сыновьями гордиться и говорить о них при любом удобном случае. И мне, как добропорядочной матери, отступать от этой традиции никак нельзя.