Книга Восьмая наложница, страница 131 – Юлия Буланова

— Целителя сюда, — заорал Джин во всю мощь своих лёгких, а потом поднялся со своего места, схватил женщину за волосы и посмотрел ей в глаза. — Какой яд был в моём кубке? Начнёшь врать или отпираться, твой сын умрёт.

— Я видела, что вы бросили что-то в напиток, — прошипела она. — Если с моим сыном что-то случится, то это вы будете виноваты. Император не оставит покушения на своего сына.

Джиндзиро отпустил её волосы и медленно вернулся на место.

— Я, тоже, пил из этого кубка. Императрица, мы, ведь, можете подтвердить мои слова? — дождался кивка и продолжил. — Значит, яд сильный и быстродействующий. Шестнадцатый брат, похоже, обречён. А раз так, она не признается, чтобы противоядие не получил я. Ведь у неё есть другой сын. Ради устранения его соперника, можно пожертвовать младшим. Так, наложница Инис?

— Нет! Это клевета! Это ты убил его!

Под столом Джин трижды сжал моё похолодевшее запястье. Всё хорошо. Он в порядке. Но сделает что-то, что может меня напугать. Мне нужно лишь подыграть.

— Я не знал, что в моём кубке. Виновен тот, кто подлил туда яд. Можешь ли ты поклясться Алой Богине жизнью и здоровьем двенадцатого принца, что не знала о яде и не пыталась меня отправить?

— Я не стану отвечать на эти обвинение, — с ненавистью глядя на нас прошипела женщина.

А Императрица не потребовала ответа. Она изобразила смятение. Но то, что не стала обвинять Джина, было уже не так плохо.

Мальчик умер дотого, как прибежал главный целитель.

А Лис изобразил обморок.

Я плакала.

Изображать слезы не приходилось.

Мой милый добрый Лисёнок превратился в беспощадного Лиса.

Произошедшее было ожидаемо. В чём-то, даже, правильно.

Щадить тех, кто пытается тебя убить — всё равно, что затягивать верёвку на собственной шее.

Он лишь вернул то, что приготовили для него.

Но разве от этого легче?

Золотой Город — место, где оживают сказки. Так думают все жители Империи, которым посчастливилось не жить в этом аду.

И в какой-то мере они правы.

Просто, сказки иногда бывают страшными.

Смерть шестнадцатого принца никак не изменила планы празднеств.

Инис не освободили от утренней церемонии приветствия Императрицы или участия в смотринах в гарем Императора.

Нет, я не жалела женщину, посмевшую поднять руку на моего сына. Но общий цинизм ситуации поражал.

Матери, потерявшей сына не должно быть дела до того, с кем ещё будет спать ее господин.

Мне тоже это было абсолютно безразлично.

До тех пор, как я встретилась глазами с заплаканной Лишей. Она стояла среди девушек, поддерживаемая дебёлой служанкой.

Раяна ахнула.

Миори побелела.

— Тихо, — цыркнула на них я. Вдруг, наша малышка попала сюда случайно? Нельзя привлекать к ней внимание.

Лиша, тоже всё поняла и опустила очи долу.

— Раяна, здесь душно. Принеси мне веер из моего дворца, — произношу спокойно. — С белыми цветами. Он пропитан маслом мяты и хорошо освежает. Поторопитесь.

Девушка, буквально, сорвалась с места.

— Твои служанки очень расторопны, — ядовито улыбнулась Баолинь. — Наверное, это потому что ты сама воспитывала в них женские добродетели.

— Да, они скромны и старательны.

— Это хорошо. Император любит старательных. Он попросил меня наставлять его будущую наложницу. Научить ее делать то, что ему нравится. Да, это больно и от этого не бывает наследников. Но самое главное, чтобы господин был доволен. Ведь так, сестра?