Онлайн книга «Крапива. Мертвые земли»
|
– Ну, – сказал Змей, – парень прав. Ты привел нас сюда. Руби. – Он подкинул меч в воздухе, поймал за лезвие и подал Стрепету. Тот, помедлив, сжал рукоять: – Эти люди чужие тэбэ. Княжич покачал головой: – Они мое племя. И я должен их защищать. Пришлось попасть к тебе в рабство, чтобы уразуметь это. Об одном лишь жалею. – О чем жэ? – Что того не случилось раньше. Стрепет ногтем попробовал клинок – острый. А иных у Змея и не водилось. Большой Вождь следил, прищурившись и не мигая. Ну точно змей! Лезвие легонько поцеловало обгоревшую шею, нокняжич не отпрянул. Напротив, он улыбнулся, откинул волосы на сторону, чтоб не мешались, и подставил голову: – Руби, Стрепет. И пусть эта смерть станет последней на границе. Изогнутый меч прочертил дугу в воздухе, Шатай вскрикнул и кинулся вперед, но багрец не окрасил серые дождевые струи – меч улетел в грязь. – Ты был плохим вождем для своего плэмэни, – сказал Стрепет, – но ты измэнился. Я нэ стану казнить тэбя. Довольно и того, что ты уже принес мнэ в дар. Не порадовало Змея увиденное… Вечно одолевающая его тоска отступила на миг, но вернулась стократ сильнее. Он поджал губы и поманил Бруна, что-то шепнул тому на ухо. Никто не глядел на них. Все глядели на бывших врагов, что встали один против другого и поклонились: наконец-то равные. – Да будет мир меж нашими землями, – молвил княжич. – Свежего ветра в твои окна. – Свэжэго вэтра… Не видали прежде ни Срединные, ни Мертвые земли подобного. Вожди скрепили договор, каждый крепко сжал предплечье другого. Руки их не успели разомкнуться, когда к Власу и Стрепету на негнущихся ногах подошел ближник Брун. Он открыл рот – сказать что-то, но передумал. Снова вдохнул, но и на сей раз не сумел заговорить. Покосился на Змея, и тот ободряюще кивнул. Знал бы Стрепет, с кем годами ходил в одном обозе, кого приблизил к себе после смерти сыновей, с кем делил костер… Брун медленно наклонился, вынимая из-за голенища сапога нож. Любой успел бы перехватить его и отбить атаку. Любой, кто поверил бы, что шлях покусится на своего вождя… Брун вонзил короткое лезвие Стрепету под ребро и провернул. Бывший вождь упал, не проронив ни звука. Лицо его, заросшее лохматой бородой, скрылось в грязи, как мгновением раньше скрылся меч, что принял он из рук Змея. – Смэрть трусам, – раздельно произнес Брун и голодной шавкой обернулся на Змея: все ли сделал, хозяин? После поднял отброшенный меч, обтер со всех сторон и вернул владельцу. Змей принял его с гримасой брезгливости, смахнул стекающие по лбу бусины влаги и проговорил так, чтобы услышали все: – Здесь вождь один. И имя ему Змей. Я решаю, быть ли миру или войне, а не этот слабак. Влас таращился на нырнувшее в грязь лицо Стрепета. Лужа пузырилась, но поди разбери – дыхание заставляет бурлить ее или хлесткие струи воды. Где-то далеко-далеко выругался Шатай, звякнуло железо. Но кто с кем бьется,не понять… Княжич с усилием перевернул Стрепета на спину, чтоб не захлебнулся: – Вождь! Вождь, не смей умирать! Над головой княжича оглушительно громко зазвенели клинки: то шляхи из племени Иссохшего Дуба кинулись биться за своего главаря. Бывшего, но все ж не потерявшего уважения. Влас и не заметил, как окружили его, обороняя, те, кого он звал врагами. В числе прочих сражался и Шатай. А княжич наклонился к Стрепету, ловя его последний вздох. |