Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– И тот, кого ты защищаешь, повинен в ее смерти. Отдай мне его. Рьян вознамерился выйти вперед, но Зорка удержала его, как щеня непослушного. Она с усилием проглотила ком в горле, тот волною прошел по шее. – Мертвых не воротить из Тени, Мал. Не отправляй к ним живых раньше срока. Скоро молодцу надоело слушать таинственную перебранку. Он вывернулся из-под руки ведьмы и шагнул к Посаднику. – Я тебе нужен? Ну забирай! Чтобы оторвать взгляд от Зорки и перевести на Рьяна, Военежичу понадобилось усилие. Сдюжил. – Добегался, стало быть, – протянул он. И сразу стало ясно, что не за ведьмами сорвался Мал в поход. Быть может, сказал всем, что за ними, может, и сам себя в том убеждал. Но гнался он лишь за названым сыном. Северянин дерзко вскинул голову: – Нет пока. Как набегаюсь, отправлю весточку. Странно двинулись морщины Посадника. Еще малость, и можно было бы сказать, что он усмехнулся. И уж точно никто не посмел бы такое молвить, но показалось– одобрительно. И Рьяну то показалось тоже, потому что он пересек невидимую границу, что не решались преодолеть псы. Те сразу кинулись за добычей, но Мал дернул щекой, и Боров рявкнул на собак: – Рядом! Рьян же открыл рот, но заговорить сумел не сразу – отнялся голос. Выдавил хрипло: – Вот что, Военежич. Я свою вину пред тобой знаю. Был бы умнее, сразу бы наказание принял, но умнею я не быстро. Снег заскрипел под его ногами. Рьян приблизился к Посаднику и взялся за стремя. Йага не сдержа ла крика, вместе с нею заголосила неясыть в ветвях елки. Нынче лес и его хозяйка срастались в единое целое. – Оба мы знаем, что миром не разойдемся. Так давай, руби мне голову. А бабы здесь ни при чем. Мал задумался ненадолго, но Боров дернул побратима: – Военежич! Ты слово дал! И Мал как ото сна очнулся. – Спутался с гнилым отродьем, – выплюнул он. Рьян помрачнел: миром договориться не вышло. – Не тебе меня в том винить. Дочь твоя… – Дочь моя, стало быть, не люба тебе оказалась, а эта… Ни темнота, ни метель не скрыли от цепкого взгляда гибкую фигурку хозяйки леса. А уж наслушаться про нее Посадник вдоволь успел по дороге. – Вот тебе мое слово, северянин. Не в моей власти отрубить тебе голову, ибо боги посмеялись надо мной и повелели вершить справедливый суд над всеми Срединными землями. Я дал клятву твоему отцу, и я сдержу ее, дабы война не закипела вновь. Он перевел пустой взгляд за плечо Рьяна, и проклятый вцепился в рукоять колдовского ножа. Не только сдерживать оборот ему по силам. Вспороть горло тому, кто желает навредить лесовке, он способен тоже. А Мал закончил: – Но я отберу все, что ты любишь, как ты отобрал у меня. Рьян выхватил нож, Мал ударил ногой. Лезвие черкануло по сапогу, располосовав голенище, но и проклятый получил удар в лицо, а хруст ломающегося носа послужил сигналом. Наконец затрубил охотничий рог. – Дождалась, – сощурилась Зорка. – Сколько лет я этого ждала, Военежич! Прежде чем сорвавшиеся с места молодцы успели приблизиться к ней, старая ведьма раскинула руки в стороны и заорала. Крик этот забился меж заснеженными елями не то звериным воем, не то птичьим клекотом. Рванули с ветвей вороны, бросились в лица дружинникам колючие ледяные иглы. А ноги старухи оторвались от земли. Не старуха боле стояла на страже своей избы, не дряхлая ведьма и даже не любящаямать. Путь воинам отрезала древняя богиня – Дочь Леса. На чело ее легла черная тень, а седые волосы ореолом окружили голову. Руки-крылья легко держали ведьму в воздухе, а ноги скрючились подобно птичьим, когти прорезали вязаные копытца. Старая Дочь Леса махнула крыльями, и с мясом оторвались от кожи черные острые перья, посыпались на Посадникову дружину. Молодцы закрылись кто руками, кто щитом. Самый неудачливый вовсе свалился с коня, и тот, обезумев от боли и ужаса, поволок наездника в чащу. |