Книга Клятва, данная тьме, страница 76 – Елена Инспирати

– С ума сойти, – простонала я, сжавшись от ужаса. – Зачем тогда вы вообще рожаете? Можно же предотвратить беременность.

– И тогда темные вымрут сами, какой прекрасный расклад для светлых.

– Но дети же страдают, хотя они ни в чем не виноваты. Неважно, темные или светлые, я уверена, что они не рождаются монстрами.

– Некоторые дети те еще занозы, с этим ты не можешь спорить.

– То, что они иногда капризничают, не делает их занозами.

– Не знаю, я рад, что мне не придется вытирать сопли малявке.

– Ты вообще себя слышишь? – из меня вырывалась злость и обида за каждого брошенного ребенка. Мое бедро касалось темного, я чувствовала его рядом, такого спокойного и расслабленного, будто ничего необычного он не рассказывал, и пыталась вывести его хоть на какие-то чувства. Да, он и сам был ребенком, которого оставили без любви и заботы, но что, если у меня получится донести до него, что не всякий опыт обязательно передавать будущему поко– лению.

– Я ожидал примерно такой реакции. Следующий этап: ты обнимаешь не себя, а дергаешь меня за руку и пытаешься вразумить.

Это я и планировала сделать.

– И все же, почему ты позволил ребенку родиться? – я продолжила аккуратно спрашивать.

– Не то чтобы у меня были проблемы с защитой во времясекса. Предохранение у темных на уровне рефлексов, как обязательная часть процесса.

– Только давай без подробностей, – у меня начинали гореть щеки.

– Я же просто говорил о защите. Это важно, если не хочешь неожиданно залететь или подхватить какую-нибудь заразу. Из-за тебя я чувствую себя странно, жаль, пачку презервативов не принес, было бы еще интереснее.

Наверное, я никогда не перестану удивляться способности темных в открытую говорить о таких вещах. Пока я представляла, как медленно растекаюсь по дереву и исчезаю с глаз долой, он активно продолжал рассказывать наверняка важные, но смущающие подробности интимной жизни.

– Тебе сейчас станет плохо.

– У нас не принято говорить о таком, вот и все.

Моя реакция должна была быть куда более сдержанной. Но я ерзала на одном месте, прятала в рукавах ладони и без остановки натирала колени.

– Я еще могу понять табу на откровенные разговоры о сексе, но о защите? Вам выдают какие-то специальные буклетики с информацией, которые вы читаете ночью под одеялом с фонариком?

– Для нас это не так важно. У нас один партнер на всю жизнь, и мы постоянно сдаем анализы. А что касается беременности, то это не проблема: мы любим детей и с радостью создаем большие семьи. Бывает такое, что финансовое положение не позволяет завести еще одного ребенка, тогда в принципе можно прибегнуть к прерванному половому акту.

Мне не верилось, что беседа перешла в такое русло.

– Это плохой метод.

– Да, он недостаточно эффективен, но у нас принято так.

В светлом мире контрацептивы не пользовались популярностью. Нам толком о них и не рассказывали, но частенько называли нежелательными, почти запрещенными. До этого разговора я была уверена в правильности нашей позиции, но сейчас все вызывало сомнения.

– То есть лучше рожать без остановки и потом дружно голодать, чем заглянуть в аптеку и избавить себя и возможного ребенка от жалкого существования?

Отвечать было стыдно, поэтому я обошлась кивком.

– А аборты?

– Что?

– Есть способ избавиться от ребенка, пока он еще не родился.