Книга Клятва, данная тьме, страница 77 – Елена Инспирати

– Избавиться? – Мне становилось все хуже и хуже.

– Глупо предполагать, что у вас такое есть. Даже у нас они под запретом. Собственно, мы возвращаемся к первоначальной теме разговора. Если в вашем мире вы полагаетесь на судьбу и непонятно с кем вступаете в брак, то у нас темные сдают кучуанализов, проходят тестирования, по результатам которых подбирается партнер для зачатия.

Любовью здесь даже не пахло. Больше походило на скрещивание животных.

– У вас абсолютно нет выбора.

– У вас тоже. Вам создали лишь его иллюзию.

Порыв возразить пришлось удерживать силой. Ответом послужила моя натянутая улыбка.

– Получается, тебе нашли партнершу?

Я постепенно начинала подстраиваться под его состояние: только что меня трясло от полученной информации, глаза были почти на мокром месте, сейчас я была готова хладнокровно слушать об ужасах темного мира. Он слишком сильно влиял на меня.

А еще меня к нему бессознательно тянуло. Я стала замечать, как пару раз прижималась к нему сильнее или специально наклоняла голову. В эти моменты я была увлечена разговором и на запах внимания не обращала. С этим нужно было что-то делать, иначе голос разума станет даже не писком, а шепотом и в конечном итоге замолкнет. Что тогда со мной будет?

– Да, нашли. И нам пришлось с ней против собственной воли следовать закону. – Его речь перестала быть уверенной и четкой.

– А зачем вам аборты? Раз у вас не бывает незапланированных беременностей, а детей нужно зачать с определенным человеком.

– Иногда бывают осечки, и девушки беременеют не от назначенного парня, что наказуемо. Можно сделать аборт, который запрещен как раз для того, чтобы люди не могли избежать суда. Когда тест ДНК показывает, что ребенок рожден незаконно, ни с кем не церемонятся. Часто о подобных инцидентах становится известно еще до родов, так как беременных забирают в специальные больницы на сохранение на достаточно ранних сроках, и если до этого не был выдан приказ на зачатие, то все складывается против несостоявшихся родителей.

Звучало так, будто темный прочитал какую-то инструкцию. То, что у меня вызывало отрицательные эмоции, его никак не тревожило, либо он умело контролировал себя. Даже те нотки грусти, которые звучали ранее, растворились в монотонном рассказе. В итоге мой собеседник взбодрился и добавил:

– В общем, нам был отдан приказ, мы все сделали. Партнершу забрали на сохранение и примерно год назад отпустили. Она тоже не в курсе, кто родился и что с ребенком. Мы продолжили жить так, будто ничего не произошло.

– Полагаю, с ребенком происходит то же самое, что происходило с тобой, – аккуратно отметила я, боясь егореакции. Что, если воспоминания болезненные?

Но его это вообще никак не задевало.

– Скорее всего, – беспечно согласился он.

Это мой шанс проникнуть в его голову, узнать не только о темном мире, но и конкретно о нем. От любопытства я готова была лопнуть.

– А как ты рос?

Руку я положила так, чтобы костяшки пальцев слегка касались темного. Сделала это намеренно, думая, что даже такой маленький физический контакт сильнее сблизит нас. И мне, к сожалению, не было противно от самой себя, хотя я и нарушала его личные гра– ницы.

– После рождения всех забирают в детский дом – специальное место, где занимаются нашим воспитанием. Условия там, мягко говоря, убогие, но что поделать, жаловаться некому. Мы учимся, много времени уделяем физической подготовке, постоянно сдаем анализы и так далее. До пятнадцати лет мы не покидаем его стен, перед уходом проходим финальные тесты и отправляемся во взрослую жизнь, где хотя бы есть шанс побороться за себя.