Книга Приятный кошмар, страница 197 – Трейси Вульф

Он корчится на полу, его тело сотрясается в конвульсиях прямо у меня на глазах, и я пытаюсь подползти к нему, оказать ему помощь. Но на этот раз, когда я касаюсь его, он тут же исчезает.

Настоящий Луис хватает меня, пытается поднять на ноги, но я не могу даже смотреть на него, потому что всякий раз, взглянув на него, я вижу, как он корчится на полу передо мной, умирая.

– Черт возьми, Клементина! – кричит он, и в голосе его звучит такая же паника, как та, которая охватила сейчас меня. – Ты должна объяснить мне, в чем дело. Ты должна…

Он замолкает, когда к нам подбегает Реми.

– Что с тобой? – спрашивает он, опустившись передо мной на корточки.

Я пытаюсь ответить ему, но вместо ответа у меня только вырывается еще один всхлип. И я понимаю, что это еще не произошло, я знаю, что Луис стоит передо мной, живой и невредимый, но перед моими глазами все время стоит тот его образ, который я только что видела, – с кровавой смертельной раной в груди.

Он сливается с последним виденным мной образом Евы, с последними оставшимися в моей памяти образами Серины и Каролины, и у меня пресекается дыхание. Я больше не могу думать, а могу только сидеть и плакать.

– Я не хочу больше это делать, – лепечу я, обращаясь к Реми, который берет меня за плечи. – Я не могу это делать. Я не хочу это делать. Я не могу…

– Клементина, – голос Реми тверд, но спокоен, когда он произносит мое имя, но я слишком не в себе, чтобы слушать его. И он зовет меня снова, но на этот раз берет меня за подбородок и поднимает мою голову так, что я не могу не посмотреть в его спокойные зеленые глаза.

– Прошлое не переменишь, но будущее может измениться, – голос его звучит тихо и напряженно.

– Я не… я не могу…

– Послушай меня, – говорит он, и взгляд у него такой, что я не могу не подчиниться. – Прошлое неизменно, но будущее может измениться. Ничто из того, что еще не произошло, не предопределено.

– Ты не можешь этого знать, – отвечаю я, и на последнем слове мой голос срывается. – Ты не…

– Я точно это знаю. Клянусь, я знаю это наверняка.

И на сей раз, когда я встречаюсь с ним глазами, то вижу это в них – вижу, что он действительно это знает и понимает, что мне приходится сейчас переживать.

– Как такое возможно? – шепчу я, с трудом выдавливая из себя слова.

И, хотя я уже знаю ответ, хотя я вижу его так же ясно, как вижу Луиса, Джуда и Моцарт, стоящих за его спиной с тревогой на лицах, мне все же необходимо, чтобы он это сказал.

Должно быть, Реми видит, что мне это необходимо, потому что нынешний Реми наклоняется и очень тихо отвечает:

– Дело в том, что я тоже могу видеть будущее.

Даже зная, что сейчас скажет Реми, – даже видя это по его глазам, – я поначалу ему не верю. И все же я позволяю ему помочь мне встать на ноги.

Миз Агилар направляется ко мне с преисполненной решимости улыбкой на губах, но сейчас я не в силах выдержать ее всегдашние преувеличенные жизнерадостность и бодрость. Поэтому я провожу рукой по лицу, чтобы стереть со щек слезы и объявляю:

– Со мной уже все в порядке, – обращаюсь ко всем присутствующим, большинство из которых видели, как у меня снесло крышу.

Теперь, когда я успокоилась, я так зла на себя. Я провела столько лет, скрывая любые проявления слабости, и вот теперь я совершенно расклеилась в присутствии самых отъявленных негодяев в школе.