Книга Испытание, страница 173 – Трейси Вульф

Я с усилием сглатываю, пытаясь подавить страх. Я должна верить, что смогу это сделать – это единственный способ выбраться из этой каши. Более того, это единственный способ победить Сайруса раз и навсегда, чего я хочу больше всего.

– Идет, – говорю я, гордясь тем, что мой голос совсем не дрожит.

Как только я соглашаюсь, между нами вспыхивает электрический разряд, мою руку бьет током, у меня пресекается дыхание, и на моем предплечье появляется маленькое тату в виде окровавленного кинжала.

Это одна из самых прекрасных – и самых мерзких – вещей, которые я когда-либо видела.

– Что ты наделала? – шепчет Джексон.

– То, что должна была сделать, – отвечаю я, избегая смотреть на Хадсона.

Но он сжимает нить уз нашего сопряжения, и, когда я встречаюсь с ним взглядом, по нашим узам в меня вливается тепло. Разумеется, он поддерживает меня – мне никогда не следовало в этом сомневаться. Я обвожу взглядом Мэйси, Мекая, Джексона, Дауда, Иден и Флинта и понимаю: что бы ни случилось, они тоже всегда поддержат меня. А я поддержу их, что бы ни произошло.

Но, когда жжение в моей новой татуировке наконец стихает, я невольно начинаю гадать, не был ли Сартр все-таки прав. Если ты вынужден заключить сделку с дьяволом, не значит ли это, что ты уже проиграл?

Я смотрю на моих друзей, все еще прикованных к стене вокруг меня, затем поворачиваюсь к Сайрусу.

– Вряд ли я смогу взять их с собой, если они останутся в кандалах. Вы не могли бы отпереть и их цепи?

– Нет, – отвечает Сайрус, и видно, что, по его мнению, это не обсуждается.

Я все же пытаюсь.

– Но…

– Это не мне, а тебе надо, чтобы они отправились с тобой, – напоминает он мне. – Вот и придумай что-нибудь. Лично мне все равно, возьмешь ты их с собой или нет.

Я прикусываю губу, пытаясь вспомнить, что я сделала, когда случайно перенесла Алистера и себя ко Двору горгулий. Я тогда не думала об этом Дворе, более того, в то время я вообще не знала, что он существует. Может, о нем думал Алистер? Может, все дело в этом?

Я не знаю, где еще были Хадсон и я, оказавшись взаперти, но мне известно, что какое-то время мы тогда провели в его берлоге. Может, мы очутились там потому, что он думал о ней, когда мы случайно коснулись друг друга?

– Тик-так, Грейс, – изрекает Сайрус, глядя на свои часы. – У бедного Рафаэля остается всего двадцать три часа сорок пять минут, и время уходит.

– Думаю, я знаю, что делать, – говорю я, всеми силами стараясь не обращать внимания на его издевки. Я поворачиваюсь к Изадоре и жестом показываю ей на место перед прикованными к стене Мэйси, Флинтом и Даудом. – Мне надо, чтобы ты встала вот здесь. – Я надеваю на спину свой рюкзак – мои припасы точно отправятся со мной.

Изадора смотрит сначала туда, куда я показываю, затем на Флинта, явно прикидывая, нет ли тут подвоха.

Я громко вздыхаю.

– Послушай, чтобы взять их с собой, мне надо касаться их всех. Поскольку Сайрус отказывается их расковать, мне необходимо, чтобы ты встала перед Мэйси, Флинтом и Даудом, чтобы они могли коснуться тебя. А я встану перед Хадсоном, Джексоном и Иден. Затем ты и я возьмемся за руки, и, думаю, тогда мы все сможем перенестись туда, куда нам надо.

– Сделай это, – говорит Сайрус, и Изадора вкладывает нож, которым она ковыряла столешницу, обратно в ножны и неторопливо, с беспечным видом проходит вперед.