Книга Испытание, страница 196 – Трейси Вульф

Толпа разражается одобрительными возгласами и аплодисментами, и я понимаю, что, по их мнению, он оказал мне величайшую честь. Но он хочет отнюдь не этого, он желает показать всем, что я не достойна быть их королевой. И, как будто этого еще недостаточно, поворачивается к Изадоре и говорит:

– Иззи, я надеюсь, что ты окажешь мне честь и первой бросишь вызов нашей королеве.

– Иззи? – одними губами произношу я, глядя на Мэйси, но она только пожимает плечами. Я устремляю взгляд на Изадору, ожидая, что она выберет нож, чтобы отрезать Честейну язык за сокращение ее имени, но она ведет себя так, будто даже не услышала его. И мне становится ясно – она в восторге от этого имечка. И почему только Вега воображают, будто лучший способ скрыть свои чувства – это напустить на себя скучающий вид?

И тут меня осеняет. Должно быть, Изадора точно так же, как Хадсон и Джексон, имеет психологические проблемы из-за того, что в детстве была лишена отцовской любви и одобрения – колоссальные проблемы, – и потому одобрение Честейна имеет для нее огромное значение, хотя она и не подает виду. Я вздыхаю. Это значит, что она будет особенно стараться надрать мне задницу.

– С удовольствием, – говорит она и немедля переносит свой вес на переднюю часть стоп.

Я не успеваю даже подумать, как мне защищаться, когда Честейн кричит:

– Начали!

Я не успеваю даже взяться за мою платиновую нить, как Иззиатакует.

– Какое унижение, – говорю я, ни к кому не обращаясь, и поправляю пузырь со льдом, чтобы он полностью прикрыл шишку в середине моего лба, похожую на растущий на нем третий рог.

Рядом со мной прогибается матрас, и Флинт говорит:

– Послушай, это был предательский, подлый удар, нанесенный исподтишка. Не бери в голову.

– Но как он был точен – ведь она сумела бросить нож так, что в лоб Грейс угодила его рукоятка, а не острие, – замечает Дауд, и в его голосе звучит явное восхищение.

– Верно, – с воодушевлением соглашается Иден. – Это было впечатляюще.

Я стону.

– И стыдно. Не забывайте об этом. – Я открываю один глаз, чтобы взглянуть Флинту в лицо. – Должно быть, это рекорд – наверняка так быстро прежде не был побежден ни один Дозорный. Не удивлюсь, если где-то здесь имеется турнирная таблица – или таблица проигравших, – и в нее уже вписали мое имя.

– Да ладно, все было не так плохо. – Джексон садится с другой стороны от меня и ласково улыбается мне.

– Он прав, – с ухмылкой соглашается Мэйси. – Сегодня вечером все тут будут говорить только о том, как твой бойфренд задымился, когда бросился к тебе. Солнце поджарило бы его до хрустящей корочки, если бы Джексон и Флинт не оттащили его в тень после того, как он убедился, что ты не умрешь.

Я стону еще громче. Только этого мне не хватало. Я не просто не смогла продержаться на ринге и пяти минут, но меня к тому же вырубили так капитально, что моему бойфренду пришлось кинуться ко мне, чтобы удостовериться, что я не умираю. Я искренне надеюсь, что моя кровать сейчас превратится в огромную дыру, которая поглотит меня.

– Пожалуйста, скажите мне, что кто-топобедил ее и отобрал у нее звание Дозорного, – прошу я, молясь о том, чтобы мне не пришлось на протяжении всего ужина слушать, как она будет болтать и болтать о выпавшей ей великой чести– и да, я действительно слышу в своей голове голос Локи.