Книга Испытание, страница 357 – Трейси Вульф

Я фыркаю.

– Хорошо, ладно, давайте послушаем этот план, предусматривающий нашу гибель.

– Нам надо уничтожить силовое поле, окружающее этот каменный алтарь… – Хадсон машет рукой в сторону круга из каменных столбов в середине луга, – … или что там это такое.

– Стоунхендж, – говорит Мэйси. – Давайте просто называть это Стоунхенджем.

Хадсон фыркает.

– Хорошо, пусть это будет Стоунхендж-лайт. Я уверен, что эти круги из камней представляют собой что-то вроде машины, которая приводится в действие при помощи Божественного камня во время лунного затмения. Нам известно, что затмение начнется через час, в полночь… – Хадсон достает из рюкзака свой телефон, несколько раз стучит по экрану, щелкает по нему, затем кивает. – А около двух часов ночи земная полутень сойдет на нет. Это дает ему чуть более двух часов, чтобы использовать Божественный камень, после чего лунное затмение завершится.

Мекай присвистывает.

– Два часа.

Хадсон кивает.

– Да, это плохая часть моего плана.

– Значит, есть и хорошая часть? – спрашивает Флинт, выгнув одну бровь.

– Можно сказать и так, – начинает Хадсон. – Поскольку Армия горгулий больше не заморожена во времени, Сайрус опять стал смертным.

Флинт и Мекай забиваются, но Хадсон продолжает:

– Но, разумеется, раз Армия больше не заморожена, это также означает, что его дар более не заперт и он может пустить его в ход. А поскольку мы никогда не видели этот его дар в действии, это создает элемент непредсказуемости.

– Вот зараза, – ворчит Флинт.

– Кровопускательница говорила, что его дар давал ему возможность направлять энергию, так? – спрашиваю я.

Хадсон кивает.

– Скорее всего, он способен подчинять себе молнии, что может создать немалые проблемы нашим драконам. – Он смотрит на Иден и Флинта, удостоверяясь, что они его понимают. – Я бы не удивился, если бы он использовал свой дар и для чего-то покрупнее, так что будьте настороже.

Они оба кивают и нервно переглядываются. Я знаю, о чем они думают. Если молния ударит дракону в крыло, оно может прийти в полную негодность. У меня падает сердце, когда я начинаю думать о собственном потерянном крыле, но я сглатываю и выбрасываю эти мысли из головы. Потом у нас будет масса времени на то, чтобы оплакать наши потери – во всякомслучае я на это надеюсь.

Хадсон продолжает:

– Его люди прикрепляют к каменным столбам металлические пластины, стало быть… для запуска этой машины ему нужен не только Божественный камень. Ему необходима энергия.

– Молния? – спрашиваю я, и он кивает.

– Да, это самое логичное предположение, – отвечает он.

Мне приятно, что Сайрус стал смертным, но все остальное – это плохая новость.

– И в чем состоит твой план?

Хадсон поворачивается к Реми.

– Ты же можешь пробить волшебство пятидесяти ведьм и ведьмаков, верно?

Реми выглядит смущенным, когда отвечает:

– Да, могу.

У всех удивленно поднимаются брови.

– Пятидесяти? – повторяет Мэйси.

Реми пожимает плечами.

– Это потребует от меня некоторыхусилий. – Он поворачивается к Хадсону. – Но, если мне придется вывести из строя все три купола, я здорово ослабею.

С минуту Хадсон размышляет, затем говорит:

– Хорошо, против первого из этих куполов мы используем фактор внезапности. Драконы расчистят место вокруг него, возведут ледяную стену, чтобы отрезать его, а Реми с помощью портала перенесет нас туда и пробьет его. Затем мы разберемся с этими ведьмами и ведьмаками, что, как я полагаю, будет нетрудно, поскольку они использовали свою магическую силу, чтобы создать и поддерживать как свой купол, так и купол Сайруса. Это хорошая новость.