Книга Испытание, страница 386 – Трейси Вульф

Я полубожество хаоса.

Я дитя Матери Земли.

Я королева горгулий.

Я владелица Короны.

Я сопряжена с вампиром.

И при всем том я Грейс. Я навсегда останусь Грейс.

И я поднимаюсь, чтобы противостоять тому, кто хочет отнять у меня все, если я ему позволю.

Я поднимаюсь ради моей матери, которая так никогда и не узнала о своей магической силе и которая погибла, чтобы я могла узнать о моей.

Я поднимаюсь ради моей бабушки, которая так и не узнала, кто она и что таилось у нее внутри.

Я поднимаюсь ради моей прабабушки. Ради моей прапрабабушки. Ради десяти поколений женщин в моем роду, чья сила была заглушена. Которым приходилось скрывать сам факт своего существования, чтобы остаться в живых. Которые сковывали свою силу, чтобы умиротворить того, кто страшился их сути.

Но я не боюсь. И больше не стану прятаться.

Я открываю глаза, готовая противостоять Сайрусу.

Все вокруг потрясенно смотрят на меня. Сайрус. Его гвардейцы. Мои друзья. Даже орда, только что вопившая, приветствуя своего вождя, притихла, потому что они тоже видят, что я создала. Мой взгляд скользит по каменным столбам, и я улыбаюсь.

Куда бы я ни посмотрела, везде вокруг камней обвились лианы. Они прорастают сквозь металлические пластины, пока они не распадаются и мои друзья не освобождаются от пут.

И лианы продолжают разрастаться, они разрушают все, сооруженное Сайрусом, пока свидетельства его экспериментов не исчезают и на зеленых стеблях не расцветают тысячи фиолетовых цветов.

Только Хадсон, похоже, не удивлен, и когда наши взгляды встречаются, я читаю в его глазах: «Давно пора». Как будто он знал, что все это есть внутри меня, еще тогда, когда сама я этого не понимала. Или не хотела принять.

– Очень… – Голос Сайруса срывается, он прочищает горло и пытается опять. – Очень мило, Грейс. Возможно, эта маленькая демонстрация силы была бы более эффектной, если бы ты не была по-прежнему пристегнута к этой машине.

– К какой такой машине? – спрашиваю я и, наклонившись, отстегиваю ремни, как будто они игрушечные. Передо мной расцветают цветы – желтые, красные, лиловые и даже ярко-розовые.

Это прекрасное зрелище, и я чувствую, как вся эта жизнь и сила взывают ко мне, пока я приближаюсь к этому фальшивому богу. Я не останавливаюсь, пока не оказываюсь прямо перед ним.

– Ты думаешь, какие-то там цветы могут сделать тебя сильной? – презрительно усмехается он, давя каблуком красивый желтый цветок. – Это пустяки по сравнению с тем, что могу делать я.

Я вскидываю бровь.

– Да ну? И что же ты можешь?

Он выбрасывает вперед кулак и, пока я тянусь к моей платиновой нити, бьет меня в грудь с такой силой, что кажется, у меня трескается ребро.

Его лицо краснеет, он пытается сделать шаг вперед, но застывает на месте. Он явно ожидал, что я отступлю и он займет пространство, на которое не имеет никакого права, но которое хочет объявить своим. Вот только я не сдвигаюсь ни на дюйм. Больше я не отступлю.

Пусть он теперь и бог, но и у меня есть кое-какая сила, и я не уступлю ему ни пяди, сколько бы он нистарался сделать своей добычей весь мир.

И вместо того, чтобы пятиться, я иду вперед и вклиниваюсь в его пространство. Я не отталкиваю его – отчасти потому, что это не в моем стиле, а отчасти потому, что он только и ждет первого акта агрессии с моей стороны, чтобы ответный взрыв был спровоцирован.