Книга Проклятье Мира, страница 39 – Ника Черника

— Что? Как это?

— Мы переписывались. Я рассказывал о своей жизни, он о своей. Только из его писем выходило, что он ничем другим не занимается, кроме как наукой. Я верил, потому что знал одержимость Питера этим вопросом. Но однажды мы случайно столкнулись с ним в Хемшворе. Это было спустя восемь лет с того момента, как Питер уехал. Я был там по делам Академии, а он проездом. Мы столкнулись случайно, и тогда я узнал, что Питер успел жениться и у него четырехлетняя дочь.

— Он никогда не писал об этом? — хмурюсь я. Дядя Эл качает головой.

— Не писал. Но не потому, что не считал важным. Увидев меня, он испугался, но быстро взял себя в руки. Их вещи грузили, и мы смогли поболтать буквально пять минут. Питер познакомил меня с Каролиной, а потом отвел в сторону и попросил, чтобы я никому не рассказывал о том, что мы виделись. И особенно о жене и ребенке. У него не было времени объяснять, но я видел, ему это действительно важно.

— И ты никому не рассказал?

— Да, я сдержал данное ему обещание. Мы были друзьями много лет, Ада. И как бы не переставали ими быть. Просто нас развела судьба в разные стороны. Но с тех пор Питер стал очень редко слать мне письма. Думаю, он боялся, что их могут отследить.

Я снова хмурюсь.

— В том плане, что ты расскажешь, это кого-то заинтересует, и благодаря переписке его найдут?

— Это то, о чем я думал, — он разводит руками.— Долгих шесть лет о нем не было ни слуху, ни духу. А потом вся семья объявилась здесь, в нашем городе. Питер привел меня в ваш дом, снова познакомил с женой и с тобой. И сказал, что они проездом тут, на несколько дней.

— Снова попросил никому не рассказывать?

Дядя Эл кивает.

— Я думаю, Ада, он знал, что находится в опасности. По всей видимости, угроза была слишком ощутимой, раз он приехал сюда и нашел меня.

— Что он хотел? — спрашиваю с волнением.

Сердце внутри стучит, как попало, я узнаю подробности жизни и смерти моих родителей и начинаю понимать, что совершенно ничего не знала.

— Ничего, — дядя разводит руками. — В том-то и дело, что он ни о чем не просил меня за эту неделю. И когда ты вдруг ворвалась ночью к нам домой… Я просто не знал, что делать. Я не был уверен даже в том, что стоит обнародовать этот факт, понимаешь? Позвал несколько знакомых, мы отправились в дом, где вы жили…

Дядя Эл вдруг резко встает, делает круг по свободному пространству и замирает ко мне спиной. Я понимаю, ему тяжело вспоминать то, что случилось, потому не тороплю. Сижу, сложив руки на коленях. Мне важно узнать всю правду.

— Проблема была в том, Ада, — дядя поворачивается ко мне. — Что дом был пуст.

Я непонимающе смотрю на него.

— Что значит, пуст?

— Твоих родителей там не было. А еще там не было твоих вещей. Совершенно. Я получил их с посыльным на следующий день. Все твои вещи и письмо от Питера.

— Я не понимаю… — бормочу я, дядя Эл кивает.

— В письме было сказано, что, если я его получил, значит, случилось что-то плохое, и мы, вероятно, больше никогда не увидимся. Он просил меня позаботиться о тебе. Но сделать так, чтобы никто не узнал, чья ты на самом деле дочь.

— Как это? — я вскакиваю. — Как это может быть? Ведь их похоронили! И все знают, что я их дочь! Я не понимаю, ничего не понимаю, дядя Эл!

— Я знаю, Ада. Успокойся, пожалуйста, я все тебе объясню.