Книга Анастасия, страница 82 – Лана Ланитова

Господа, а далее со мной произошло нечто ещё более удивительное и странное. Позднее я многажды думал о том, что же это было, и всякий раз не находил ответа. Экипаж, в котором мы ехали по Арбату, несся довольно быстро. Я видел спину ямщика в толстом тулупе, его мохнатую шапку и часть красного от мороза уха. По обеим сторонам дороги навстречу нам лихим галопом мчались дома. А вокруг кружились снежинки – на улице начиналась метель. И вдруг всё это куда-то пропало. На мгновение я очутился в цветущем саду. Я лежал обнаженный на зеленой пахучей траве, под цветущей яблоней, с которой падали белые лепестки. А подле меня находилась голая Анастасия, прикрытая лишь золотым руном собственных волос. Она смотрела на меня томным взглядом, и из-под сени опущенных ресниц, подобно фосфорному сиянию, струился свет её колдовских глаз. А приоткрытые розовые губы поблескивали жемчужной белизной зубов. И помню, что в этом видении я испытал такой силы вожделение, что его можно сравнить лишь с безумной жаждой. Я помню, как мои пальцы прикасались к белоснежной коже её обнаженных плеч и утопали в ней так, словно Анастасия была соткана из непонятной субстанции, напоминающей собою вату. Я приближал её к себе, пытаясь крепче и сильнее обнять, но вместо этого я проваливался в пустоту. В этом видении Анастасия казалась бесплотным миражем, но от этого моё желание обладать ею становилось всё сильнее.

Я с трудом дышал, оглядывая странный сад, в котором очутился. Этот сад напоминал собою Эдем. В нём было много красивых деревьев. Часть из них цвели, а другие плодоносили золотистыми плодами. Я поднял к небу глаза и увидел перед носом румяное яблоко, под тяжестью которого гнулась сухая ветвь. И это было совсем невероятно, ведь дерево цвело. Тёмным глянцем отсвечивали спинки юрких змей, ползающих по его корявому стволу.

А вокруг ходили дикие лани и летали разноцветные птицы. Вдалеке я увидел какие-то восточные строения с высокими куполами, похожие на магрибские минареты. Я даже услышал далекие звуки систров, волынки и банги. Эта музыка напомнила мне музыку древних берберов. Но всё это было лишь вскользь, намёком, без четкого осознания. Так, как это обычно бывает во сне. А рядом я увидел заросли диковинных цветов – совершенноневероятное буйство красок. И на всей этой зеленой палитре покоилась фарфоровая головка моей ненаглядной Анастасии, осененная облаком померанцевых кудрей. Я тянулся к её губам, а она в ответ лишь кротко улыбалась, и улыбка эта походила на улыбку восточного божества. В ней был один лишь царственный покой. А на мою голову всё падали и подали лепестки цветущей яблони.

Недалеко от меня некто невидимый ударил в большой медный гонг, и я сразу же очнулся. Я сидел в экипаже один, подставив сонное лицо навстречу снегопаду. И вся моя голова была густо покрыта хлопьями снега.

– Барин, надо бы расплатиться, – услышал я подле себя хриплый голос ямщика.

– А где мадемуазель? – ошарашено спросил я, глядя на красную физиономию возницы.

– Они ушли-с и просили вас не будить, – отвечал ямщик. – Я жду уже больше часа, когда вы, господин хороший, выспитесь.

– Вот как… – я высунулся наружу из-за кожаного козырька и увидел, что экипаж стоит недалеко от моего дома.

Я расплатился с возницей и медленно побрел по своей улице.