Книга Самый тёмный грех, страница 72 – Ноа Хоуп

– Закрой пасть! – взревел Римо. – Когда мы нашли тело, я действительно думал, что она мертва! На ней был твой браслет!

Он снова бросился на Тео, но Джек успел встать между ними, крепко схватив Римо за плечи.

– СТОП! – крикнул он, встряхнув Римо так, что тот на мгновение остановился. – Посмотрите вокруг! Вы оба забыли, ради чего мы здесь?! Каждый из нас любит Селину по-своему, и чертовски сильно. Всем нам больно, что её похитили! Но мы поклялись вернуть её! А вы тут пытаетесь поубивать друг друга!

Римо тяжело дышал, грудь вздымалась, как после изнурительного бега. Его взгляд метался между Джеком и Тео, в глазах бушевала буря эмоций: гнев, отчаяние, боль. Наконец, он оттолкнул Джека, отступая на шаг. Его руки сжались в кулаки, суставыпобелели от напряжения.

Затем его взгляд остановился на мне. Наши глаза встретились, и время будто замерло. В его глазах я увидела такую глубину чувств, что сердце сжалось. Гнев сменился сожалением, отчаяние смешалось с чем-то неуловимым, тревожным. Что он скрывает?

– Дана… – начал он, но я почти не слышала его.

В голове вихрем проносились обрывки фраз: «Мертва. Браслет». Неясные воспоминания бомбардировали разум, как осколки зеркала, раня изнутри. Почему эти слова кажутся такими знакомыми? Почему сердце сжимается от невыносимой боли?

Голова закружилась, мир вокруг начал расплываться. Я пошатнулась, чувствуя, как ноги подкашиваются.

– Что… что вы имеете в виду? – прошептала я, хватаясь за край стола, чтобы не упасть.

Адам шагнул ко мне, его взгляд смягчился и наполнился сочувствием.

– Дана, мне очень жаль. Но ты должна знать правду…

– Нет! – резко перебил его Римо, бросив на него предупредительный взгляд, полный молчаливой угрозы. – Не сейчас.

– О чём вы спорите? – мой голос задрожал, а слова давались с трудом. Головокружение накатывало волнами, и я цеплялась за реальность из последних сил. – Что именно вы скрываете от меня?

Римо сделал шаг ко мне, протянув ладонь, будто желая успокоить.

– Дана, послушай…

– Не трогай меня! – выкрикнула я, отступая назад. Голос сорвался на крик, слёзы брызнули из глаз, обжигая щеки. – Ты лгал мне о чём-то важном! И не хочешь признаваться…

Он остановился, опустив руки. В его глазах мелькнула боль, которая только усилила моё отчаяние.

– Мне нужно побыть одной. – прошептала я, отступая к двери.

– Дана, подожди! – позвал Римо, делая шаг ко мне. – Выслушай меня!

– Поздно. – холодно ответила я, не оглядываясь, выбежала из комнаты, захлопнув дверь за собой.

Слёзы струились по щекам, затуманивая взор. Я бежала по коридорам, не обращая внимания на крики позади. Стены словно сдвигались, давя на меня, воздух казался густым и тяжёлым.

Выскочив на улицу, я ощутила, как холодный ночной ветер хлестнул по лицу, остужая пылающие щёки. Дождь начал накрапывать, смешиваясь со слезами. Не зная, куда идти, я просто бежала вперёд, прочь от всего этого безумия, пытаясь убежать от правды, от себя, от них всех.

Ветер, пропитанный солью и йодом, хлестал по лицу, как будто пытался сорвать с меня кожу, смешиваясь с горькими слезами. Каждый вдох обжигал ледяным огнём, но я бежала, не останавливаясь, гонимая ужасом и отчаянием. Ноги сами несли меня прочь от дома Римо, от их взглядов, ото лжи и недосказанности. Сердце колотилось в груди, грозясь вырваться наружу.